- Да нет… Чудовище, - возразила призрачная Белль, - Самое настоящее. Но не такое страшное, как все думают. Все, включая меня.
Румпель выглядел крайне озадаченным. Стук в ворота замка спас его от неловкой ситуации.
Румпельштильцхен пошел к входу. И она,призрачная Белль — с ним.
Дверь открылась, а с ней и облик пришельца.
- Гастон…- ахнула Белль.
Гастон выхватил мечи направил его на Темного:
- Я — сэр Гастон, и ты, чудовище, сейчас пожалеешь что появилось на свет!
Румпельштильцхен устало вздохнул, закатил глаза и, коварно улыбнувшись, щелкнул пальцами.
Гастон исчез в облаке бардовой пыли и обратился в… розу.
- Что? Ты мне его труп подарил?! - возмущенно воскликнула Белль,- Когда я очнусь — обещаю: к этому вопросу мы вернемся! Мы много к чему вернемся…
Румпель довольно хмыкнул, поднял розу и пошел назад, к Белль.
- Кто там? - спросила Белль с улыбкой.
- Да так…Старушка-цветочница, - ответил Румпельштильцхен, а потом, галантно, предложил ей Гастона, то есть розу, - Примешь?
- Благодарю, - улыбнулась Белль и поклонилась, удостоившись ответного поклона.
- Старушка-цветочница… Ага, ага, - закатила глаза другая Белль, - Радуйся, глупенькая. Радуйся, как я когда-то.
Когда служанка отвернулась в поисках подходящей вазы для своего подарка, он сам погрузился в минутную задумчивость, завершившуюся неловкость и чувством вины.
- Белль… У тебя было все до меня, - начал он издалека, - Дом, семья, друзья…Что толкнуло тебя на это?
- Героизм, жертвенность, - гордо,с искренней верой в каждое слово произнесла Белль, - Девушке в наших краях редко выпадает возможность проявить себя, посмотреть мир. Твое появление подарило мне шанс показать себя. Я подумала — рискну. А храбрость приложится?
- Не приложилась… - философски заметила другая Белль, - А героизм, жертвенность… Куда они меня в итоге привели? К чему? К коме? К смерти?
- А как же девичьи мечты? - спросил Румпельштильцхен
- Мечты? Я мечтала мир посмотреть, - ласково улыбнулась служанка Белль, - Это, увы, не сбылось. Но я спасла свой народ.
- А как же твой суженный?
- Его выбирала не я. Если честно, то я не пылаю любовью к Гастону. Для меня любовь — это таинство, загадка за множеством печатей. Знаешь,он человек неглубокого ума и отдать ему сердце… - внезапно, почувствовав неловкость, Белль перевела разговор, - Лучше расскажи мне про сына.
Румпельштильцхен был искренне заинтригован ее рассказом о самой себе. Вину сменило обожание и неуверенность, а когда Белль попросила рассказ о сыне — появились горечь и страх.
Почему она не заметила всего этого раньше? Не заметила тогда? А сколького она не замечает сейчас?
Видение оборвалось.
Теперь призрачная Белль и Румпельштильцхен были в одной из башен. Он, облокотившись, смотрел в окно, на дорогу.
Белль встала рядом, тоже гладя в окно.
- Кого ты ждешь? - спросила она, - Неужели меня?
Румпельштильцхен нервно сжал руки. Его взгляд, направленный вдаль, был печален и несчастен, но в то же время ощущалось присутствие чего-то напоминающего надежду. Он был похож на влюбленного, чьи чувства были отчаянно безответными. Где-то пел соловей. И грусть этой птичьей песни передалась и Румпелю, и Белль.
- Ты знаешь, как много я хочу сказать? Ты и понятия не имеешь, как много, - сквозь слезы произнесла она, - Я долго думала над тем, люблю ли я тебя? Или только придумала все. Придумала собственную ложь, поверила в нее и любила ее. А это все ложь… Все…Я думала, что эти вот воспоминания помогут понять тебя, сократить между нами непреодолимую пропасть. Но непреодолимая пропасть действительно непреодолимая. Ужасная, темная, без света и надежды. Тот, кого я полюбила будто умер. А тот, что остался стал таким далеким,таким непонятным. А сама я — жестокой.
Румпельштильцхен обреченно кивал свои мыслям.
- Поцелуй истиной любви не сработает, не потому что я считаю тебя чудовищем, - продолжала Белль по прежнему заливаясь слезами, - А потому лишь, что я совсем тебя не знаю. Потому лишь, что я больше не могу себя обманывать. Не могу лгать. Но в одном я уверенна точно: я люблю тебя. Люблю, любила и буду любить. Даже если это конец…Хотя нет.. Особенно, если конец…
Внезапно Румпель просиял. Белль увидела себя, шагающую к замку с соломой. И ностальгируя рассмеялась. Рассмеялась сквозь слезы. Румпель со всех ног кинулся вниз, изображать невозмутимость. Белль помнила, что было дальше и не пошла за ним.
- Ты знаешь…- печально сказала она, - Иногда мне хочется вернуться в прошлое и навеки остаться в пределах этого замка. Навеки остаться здесь, с тобой.
========== Глава 13. Найди новую служанку, Румпель! ==========
Белль все еще плакала, когда оказалась в новом видении.
И снова ее встретил Темный Замок, его основная зала. Только чай уже никто не подавал. Сиротливо поднос с чайником стоял на столе. Словно чужой. Белль села там же, где и в прошлые разы, как раз напротив этого подноса. Она заметила, что сервиз был другой. И стекла в стоящем поблизости шкафу были другими.
Румпельштильцхен, совершенно потерянный, сидел за прялкой.
- Ты думал, что больше не увидишь меня…- сказала Белль, - А я так хотела вернуться…И вернулась бы.
Дверь распахнулась. Румпель и Белль синхронно повернулись в сторону вошедшего. А точнее вошедшей.
- Хлипкий замок, - пренебрежительно бросила королева Реджина прошествовав через залу во всем своем королевском великолепии, - Надо обстряпать дельце насчет одной русалки.
Реджина подошла к подносу, по-хозяйски налила себе чаю, положила сахару и принялась изящно помешивать содержимое чайной ложечкой.
- Уже сцапала меня, да? - усмехнулась Белль, - И зачем ты пришла на самом деле?
- Сегодня я не заключаю сделок, - Румпельштильцхен равнодушно отвернулся от нее.
- Он снова дуется, - хмыкнула Реджина, - Ну и что на этот раз?
- План твой провалился. Меня тебе не одолеть. Сколько не пыжься, дорогуша, - сказал Румпель, потом оторвался от работы и, глядя в глаза королеве, повторил, - Тебе не одолеть меня!
- О! Это ты про девушку, что я встретила на дороге? - Реджина сюсюкала, приторно-сладко и одновременно злобно, - Как там ее? Марджи? Верна?
- Белль…
Белль вздрогнула от того, как он произнес ее имя. Тихо, но одновременно громко. Будто и не было ничего кроме этого «Белль».
- Да… Верно.
Белль наблюдала за тем, как лицо Реджины расплывается в безумной злой ухмылке.
- Что ж. Уверяю тебя, - сказала Реджина, - К этой трагедии я не причастна.
- Ага. Конечно, - Белль покачала головой и откинулась на спинку стула, - Совершенно не причастна.
Быть может сейчас между ними с Реджиной все было тихо, но та Реджина, Злая Королева, бы настоящим чудовищем. Похлеще, чем Румпельштильцхен. Похлеще, чем даже Аид.
Ее слова полностью завладели вниманием Румпеля.
- Какой такой трагедии, - он подошел к Реджине, лицо исказила злоба, но глаза, большие и темные, были полны печали и неверия.
- Как? Ты не знаешь? - притворное изумление прозвучало вполне искренне в устах королевы, - Странно. Она вернулась домой. Жених ее куда-то пропал. А после ее прибывания здесь, в роли твоей прислуги, кому она нужна? Отец от нее отказался. Отверг ее и прогнал прочь.
- Ей нужен… - в его голосе в эту минуту было больше надежды, чем в сердце Белль, - Ей нужен дом?
- Он поступил жестоко, - продолжала играть Реджина, - Запер дочь в башне и велел церковникам очистить ее душу кнутами. Бедняжка выбросилась из окна башни. Она умерла.
- Лжешь… - Румпельштильцхен отчаянно цеплялся за свою надежду,но искорка погасла.
- Разве?
- Убирайся, - едва выдавил он и указал на дверь.
- Ладно, - невозмутимо согласилась Реджина и провела указательным пальцем по столу, - Пыльно тут у тебя. Найди другую служанку, Румпель.
Румпельштильцхен прикрыл глаза, потом подошел к шкафу и вынул оттуда чашку. Ту самую надбитую чашку.