Тенью пронеслась мысль «Наверное, так убивают свиней!»
Остановившимся взглядом видел, как кровь бьёт мощными рывками из кровавого месива, секунду назад бывшего идеальным до совершенства запястья. Алые капли взлетали перед глазами под аккомпанемент редких гулких ударов сердца, пролетая мимо сознания, оседая вокруг багровой капелью. Лицо, руки, одежда, пыльные бортики фонтана, фигура Дурги - казалось кровь везде.
Мир перед глазами стал красным…
Её резкий и высокий крик разодрал меня на части, вынося рассудок, сердце, всё что было человеческого, оставляя одни инстинкты и Боль! Её боль, бьющуюся во МНЕ….Не знал раньше, что бывает ТАК!
Эта здоровая тварь, что-то промычала про помощь, дёрнувшись к девушке. Ударил его с размаха, наотмашь, не глядя! Потом ещё и ещё! Не видя ничего в багряной пелене вокруг, добавил ещё ногой, кажется, пообещав «УБЬЮ!!!!»
Меня остановил её голос. Просто выдохнутое ею вслух моё имя, заставило обернуться, и заглянув в бездонные провалы чёрных зрачков похолодеть, осознав, что делаю. Она истекает кровью, а я теряю время!
– Сейчас…!
Содрав с шеи галстук, потянулся к её руке, осторожно перехватывая предплечье, стараясь не смотреть на ошмётки плоти ниже. Она молчала, часто дыша и наблюдая за моими действиями немигающим растерянным взглядом раненого зверька. Накладывая чуть выше локтя тугой жгут из галстука, скороговоркой уверял её, что всё будет хорошо, что скоро она будет в больнице, и там ей точно помогут. Не расслышал её ответа. Губы шевелились - я точно видел, а слов не долетало. Странно… Тряхнул головой, переспрашивая. Элли снова выдохнула и я услышал,
– Надо вложить бумажку со временем. Так положено. Нам на курсах первой помощи в школе рассказывали. Записать время наложения жгута и засунуть под ленту. Через два часа отмирание тканей начинается. Надо записать, а у меня нет бумаги с ручкой… Как же быть…?
Уверил её,
– Не начнётся никакое отмирание! Не думай даже! Время вот – девятнадцать пятьдесят, запомним!
Сунул ей под нос часы. Она кивнула с покорностью китайского болванчика, придерживая левой рукой то, что было недавно правой, криво привалившись к бортику фонтана, не замечая похоже, во что превратились её шорты, насквозь пропитанные кровью. Бережно подхватив её на руки, зашагал к машине, на ходу решая в какую больницу везти, с ходу отметя мысль ждать скорую. Ближайшей была больница Роял Фри Хэмстэд - одна из самых престижных в Лондоне.
Отлично подходит, и ехать всего минут десять, внушал в себя уверенность, пытаясь аккуратно пристроить её на переднее сиденье, не сделав больно. Кое-как закрепив ремень, поискал глазами, что бы подложить под повреждённую руку. Не найдя ничего лучше, схватил увесистую папку с документами и поместив Элли на колени, уложил сверху руку, пытаясь не замечать, как перекосило её от боли. Наконец усевшись за руль, пообещал, вытирая взмокший лоб,
– Осталось немножко потерпеть, через десять минут будем в больнице, – добавил не глядя. – Можешь плакать. Очень больно наверно…
– Нет, нет, мне почти не больно! Я в порядке, – перебила она.
Покосившись, заметил прикушенную побелевшую губу и набухшие в глазах озёра слёз. Врёт! Надо торопиться! Стартанув с места, с взвизгнувшими по гравию дорожки колёсами, летел птицей по улицам, слушая её тихое бормотание рядом. Молится она что-ли? Прислушавшись, не поверил ушам, уточняя,
– Ты что, считалки бурчишь там?
Она подняла на меня глаза, вытирая здоровой рукой прядь с лица, не заметив кровавого следа, оставленного на щеке,
– Ага, меня мама в детства научила, чтоб отвлекаться, когда больно – повторять считалки. Кстати, вы в курсе? Я вам всю машину кровью испачкала и документы, боюсь, испортились. Может лучше было скорую вызвать? Я бы наверно выдержала ещё. Не сразу же умирают…
Не в силах это слушать, потребовал,
– Всё! Прекрати! Бас! Просто помолчи! Сейчас приедем…
Добавил газу, проскакивая на загорающийся красный, молясь, чтоб дорожной полиции не было рядом.
Повезло - меня не остановили и в пробке мы не застряли. Наверно всё-таки не зря я молился, сам не зная кому. Достать её из машины и крепко прижав к себе, внести в приёмный покой было делом одной минуты. Как обычно, в приёмной больницы все были озабочены своими делами, и никто не подорвался нам на встречу. Пришлось несколько раз позвать администратора, прежде чем на нас обратили внимание. Бросив взгляд, на скривившееся личико затихшей на руках птички, спросил испугавшись,