– Что именно вы хотите знать?
– Что вы посчитаете нужным рассказать, – улыбнулась блондинка. Но в улыбке не было теплоты. – Про вашу семью, увлечения. И как вы решились на такое опасное и тяжелое путешествие?
Виола вдохнула, набираясь смелости. Ей снова предстояло обманывать и додумывать.
– В моей жизни нет ничего, что могло бы заинтересовать вас, мисс. Мой отец – адвокат. Мы с родителями живем втроем. Ни братьев, ни сестер у меня нет. А путешествие вовсе не было таким опасным и захватывающим, как вы думаете. Капитан корабля – папин хороший друг, и на борту мне ничего не угрожало.
Она, скорее почувствовала, чем увидела тяжелый направленный на нее взгляд. Слегка повернула голову и встретилась с синими глазами, казалось, прожигающими насквозь. По спине пробежала волна мурашек, все мышцы напряглись. Видимо, она окончательно запуталась в своей лжи и ляпнула нечто такое, что снова заставило виконта насторожиться.
– Вы любите музицировать? – ворвался в ее голову голос Мелани. Девушка указала на рояль, стоящий у стены. – Мы могли бы сыграть дуэтом.
– Боюсь, я не умею играть, – Виола с сожалением развела руками.
– Не умеете? – Лидия насмешливо ухмыльнулась. – Мы живем в современном обществе, и каждая уважающая себя леди обязана уметь музицировать. Почему ваши родители не обеспокоили себя вашим образованием?
– Может, потому что предоставили мне самой право выбора? – подражая ее тону, не удержалась от язвительности. – Мы не в романе Джейн Остин, миссис Уайт. И умение музицировать, рисовать, вышивать и что там еще положено уметь девушкам, по вашему мнению, – не главные признаки образованности.
– А что, по вашему мнению, – процедила, подчеркивая последние слова, – делает девушку образованной?
– Ум и умение распоряжаться им наравне с мужчиной. Женщинам давно пора выйти из тени, – Виола непринужденно пожала плечами, откусывая кусочек от рассыпчатого миндального пирожного.
Лидия со звоном поставила чашку на блюдце. Так, что чай чудом не расплескался и не испачкал ее платье. Она с укором смотрела то на Виолу, то на Деймона, словно, потрясенная невиданной для девицы наглостью, была не в силах произнести ни слова. Деймон тоже молчал, но Виола поймала на себе его заинтересованный взгляд.
– Довольно интересная точка зрения, мисс Виола, – хмыкнул Эндрю, непринужденно откидываясь на спинку кресла. – Может, вы считаете, что девушкам нужно позволить учиться в университетах?
– Почему бы и нет? Именно так я и считаю! – подалась чуть вперед, уязвленная пренебрежительным тоном.
– И вы бы смогли обучаться наравне с мужчинами? – Мелани усмехнулась, изящным движением тонких пальцев разглаживая складки на платье. – Место женщины за спиной ее мужа, рядом с наследниками. А вовсе не за глупыми книжками, – под одобрительный кивок матери она стрельнула томным взглядом из-под ресниц в сторону виконта.
Деймон же не заметил этого. Он не отрывал глаз от Виолы. Сейчас, слегка раскрасневшаяся от негодования, она казалась ему еще более красивой. Фиалковые глаза гневно сверкали. Настоящая валькирия!
– Думаю, мисс Виола вполне смогла бы поступить в университет, – произнес задумчиво, чуть заметно улыбнувшись, поймав ее изумленный взгляд. – Вы же увлекаетесь историей, мисс? И практически в совершенстве владеете английским, не являющимся вашим родным языком. Какие еще интересные сюрпризы вы от нас скрываете?
– Нет, вы ничего не забыли, милорд, – ничуть не смутилась, прямо встретив его взгляд. – Я, действительно, люблю историю. В особенности ту, что связана с Древним Римом, как и вы, насколько я помню. И помимо английского языка я изучала латынь.
Мелани удивленно воскликнула:
– Но зачем?! Это же мертвый язык! На нем сейчас не разговаривают!
– Действительно, пустая трата времени, – вторила ей мать.
Но внимания на них никто не обратил.
– Ессе spectaculum dignum, ad quod respiciat intentus open suo deus*, – тихо произнес Деймон. В его синих глазах Виола видела свое отражение.