– Хватит лжи! – прорычал Деймон, нависая над ней. Кожа ее покрылась мурашками от страха. Теперь она видела в нем не обходительного, доброжелательного аристократа, к которому успела привыкнуть, а хладнокровного убийцу, каким он предстал перед ней в тюремной камере в Брайдуэлле. – Отныне я хочу слышать только правду. Кто ты на самом деле, Виола Ларина? И кто послал тебя ко мне?! Кому ты служишь?!
– Я никому не служу, – ответила, пытаясь скрыть дрожь в голосе. Пальцы начинали мелко подрагивать, и Виола сжала их в кулаки. – И никто меня к вам не посылал! Я не понимаю, в чем вы меня обвиняете!
Деймон выдохнул, пытаясь справиться с гневом, отравляющим изнутри. Девушка перед ним побелела от страха, но старалась держаться. Только тонкие пальчики сжались в маленькие кулачки. Но он явно видел, что она боится его. В фиалковых глазах плескался ужас, который она безуспешно пыталась скрыть от него. Безумно хотелось ей верить. Но факты говорили за себя. Она проникла к нему в душу, очаровала своими знаниями и интересами, так подозрительно совпадающими с его. Неужели все это было лишь прикрытием, чтобы выведать его тайну? Эндрю правильно сказал: в Парламенте его давно подозревают. И многие лорды не гнушаются грязными методами для достижения собственных целей. Любой из них мог подослать к виконту шпионку. Или даже свою любовницу… При этой мысли грудь сдавило тисками боли и отторжения. Было невыносимо представлять Виолу в объятиях другого мужчины.
Глава 11-2
Но почему она решила предупредить его сейчас? Проснулась спящая совесть? Или…
– Тебя шантажируют? Кто-то заставляет тебя служить ему? Следить за мной? – спросил, с замиранием сердца ожидая ответа. Если кто посмел обидеть девушку, то он пожалеет, что посмел родиться на свет! Гнев никуда не ушел, но Деймон пытался перекинуть его на кого-то другого. Сам подталкивал Виолу к ответу, который так хотел услышать. И плевать, если он окажется очередной ложью.
– Нет! – Виола вскочила, прямо встретив его взгляд. – Я не понимаю, о чем вы. Зачем мне или кому-то следить за вами? У вас чертова паранойя, милорд! Я не знаю, откуда исходит опасность, – устало выдохнула, проводя руками по лицу. – Я всего лишь иногда могу заглянуть в будущее. Именно так я узнала, что в ближайшем будущем ваш род прервется. Как и от чьей руки, я не знаю.
– Если здесь и страдает кто-то от паранойи, то это вы, мисс, – усмехнулся уголком губ. Но в ухмылке его не было веселья. Он ей не верит, обреченно поняла Виола.
– Я знаю еще о некоторых событиях, которые произойдут с ближайшем будущем! – воскликнула, с воодушевлением взглянув на виконта. – Сейчас Великобританией правит принц-регент, так? Но 29 января 1821 года король, его отец, умрет. И принц станет единовластным правителем! А Наполеон сейчас в ссылке на острове Святой Елены. Он тяжело болен, уже три года. 5 мая 1821 года его не станет.
На мгновение Деймон застыл, ошарашенный ее напором и горячностью. Он был в курсе болезни Бонапарта. Но об этом знали не все. Виола или, действительно, была искусной шпионкой или… говорила правду.
– Как удобно предсказывать то, что я не смогу проверить в ближайшее время. Или эти события произойдут, когда меня уже не будет на свете? Ты же пророчишь мне близкую смерть, не так ли, Виола? – он произнес ее имя, словно с наслаждением пробуя на вкус, перекатывая на языке каждую букву.
– Я не хочу, чтобы вы погибли, – прошептала Виола, чувствуя, как в уголках глаз собираются слезы. – Я здесь, чтобы помешать этому произойти. Пока не знаю, как, но…
– Значит, ты отрицаешь, что имеешь покровителя? – оборвал он ее, переводя испытующий взгляд с блестящих от непролитых слез глаз к чуть приоткрытым розовым губам, созданным для поцелуев. Его поцелуев.
Виола непонимающе глянула на него. В ее красивых глазах смешались отчаяние, боль, мольба и… желание.
– Проклятие! – рыкнул Деймон, обхватывая ее руками и дергая на себя, впечатывая ее мягкое податливое тело в свое, твердое и горячее. – Почему именно ты сводишь меня с ума?
Виола попыталась отстраниться, но разве могла она справиться с ним? Ее ладошки упирались в широкие плечи и будто пытались сдвинуть с места гранитную скалу.