Спустя каких-то десять минут Виола уже знала, что коллекция древностей в прошлом принадлежала семье английского пэра, чей род был прерван в двадцатых годах девятнадцатого столетия. Но лишь недавно ее решились выставить на всеобщее обозрение.
Утром посететилей было немного. И девушка неспешно прогуливалась по залу, делая пометки в блокноте и восхищённо рассматривая экспонаты. Помимо посуды, преимущественно деревянной, и военной атрибутики –оружия, кольчуг, балтеусов (римских военных поясов) – здесь были и несколько небольших статуй и бюстов древних богов. На подписях указывались римские имена. Виола улыбнулась: видимо, неизвестный коллекционер тоже предпочитал историю Древнего Рима. Виола узнала отца всех богов Юпитера, бога войны Марса, богиню любви Венеру
Она уже собиралась покинуть зал, как вдруг прежде незамеченная ею приоткрытая дверь привлекла её внимание. Виола никогда не страдала от излишнего любопытства, но почему-то сейчас она испытала непреодолимое желание заглянуть по ту сторону.
– Чушь, – она выругалась сквозь зубы. – Туда никто не заходит. Должно быть, это служебное помещение.
Но странное любопытство не отпускало и протянуло свои цепкие щупальца по всему телу. Даже кончики пальцев начали зудеть: так хотелось распахнуть чёртову дверь. Девушка опомниться не успела, как её ладонь уже легла на дверную ручку. Оглянувшись по сторонам и убедившись, что немногочисленные посетители не обращают на неё внимания, Виола скользнула в комнату и, наконец, перевела дыхание.
– Посмотрим, что у нас здесь, – пробормотала она, щурясь в полумраке.
Похоже, она попала в чью-то спальню. Точнее в искусную её имитацию. Кровать, кресло, комод – все в стиле чиппендейл, из красного дерева с резными замысловатыми узорами. Виола с улыбкой провела по изящным завиткам на спинке кровати. Когда-то она стояла в большом красивом доме, и в ней, возможно, спала высокородная леди, которая любила, мечтала и... жила.
– Какие тайны ты хранишь? – шёпотом спросила девушка.
Отвернувшись, она шагнула к большому напольному зеркалу с оправой, покрытой облупившейся и потускневшей от времени позолотой и, увидев свое отражение в мутном стекле, не сдержала ухмылки.
– Простите, миледи, милорды, но я немного не вписываюсь в атмосферу этой комнаты.
И словно в ответ на её шутливые слова в мысли проник незнакомый мелодичный голос: "О, это ненадолго, милое дитя!". Гладь зеркала пошла рябью и заискрилась. Через пару мгновений, когда все остановилось, Виола вскрикнула и зажмурилась. Простояв в оцепенении несколько томительных секунд, она решилась открыть глаза. Но наваждение никуда не исчезло. Из зеркала на неё смотрела она сама, но в длинном струящемся платье с завышенной талией в стиле ампир.
Мотнув головой, Виола оглядела себя и не заметила никаких изменений. Она по-прежнему была одета в джинсы и лёгкую кожаную куртку. На ногах кроссовки, а не изящные бальные туфельки.
– Детка, перелет на тебя плохо повлиял, – сказала сама себе, и, пытаясь успокоиться, провела рукой по стеклу, словно хотела стереть изображение. Девушка по ту сторону сделала то же самое. И вдруг Виоле показалось, что чья-то цепкая рука схватила её за запястье и куда-то потянула. Вокруг сгустилась темнота, тихая, знакомая до боли в груди. Виола летела сквозь тьму, цепляясь взглядом за парящие вокруг осколки разбитых зеркал.
– Не бойся, девочка, – прозвучал успокаивающий голос. – Тебя давно уже ждут.
Тьма рассеялась так же внезапно, как и появилась. Отвыкшая от света Виола зажмурилась и упала, больно ударившись локтем. Сквозь шум в ушах до неё доносились крики и обрывки чьих-то разговоров. Неужели кто-то забрёл в её убежище? И что только что с ней происходило?
Глава 2-2
– Что за черт?! – выдохнула девушка, когда заставила себя открыть глаза и подняться на ноги. Вместо небольшой комнаты в музее она стояла посреди незнакомой площади, мощеной камнем. Вокруг неспешно прогуливались люди, одетые в искусно сшитые исторические костюмы. Виола ошарашенно оглядывалась по сторонам. Похоже, она сходит с ума. Иначе чем ещё можно объяснить то, что она абсолютно не помнит, как вышла из музея и забрела на... Сборище ролевиков? Съёмочную площадку?
Несколько прохожих в немом изумлении воззрились на неё. Виола нервно улыбнулась, стараясь показать, что вовсе не собиралась прерывать их. Чем бы они тут ни занимались.