– Я знаю, что она вышла из твоей спальни утром. Горничные шептались, – она на миг поморщилась, но тут же заставила себя вновь искушающе улыбнуться. Тонкие руки легли ему на грудь. – Я докажу, что могу быть не хуже нее. Не отталкивай меня. Я люблю тебя, Деймон…
Он сжал ее запястья и оторвал от себя узкие ладони. И, не отпуская, процедил, чеканя каждое слово:
– Не смей осуждать Виолу. Она в отличии от тебя не заявлялась ко мне среди ночи в чем мать родила! И не было у нас с ней ничего, если хочешь знать. Я не совращаю невинных девушек. Тем более, если это младшая сестра моего друга!
– Но я люблю тебя! Сколько себя помню, – Мелани морщилась от боли, но не собиралась отступать. – Ты хотя бы можешь себе представить, сколько предложений я отвергла в надежде, что ты когда-нибудь заметишь меня?
Деймон промолчал, мысленно невесело усмехнувшись. Он, как никто, знал, что она лжет. Отец Мел умер, оставив после себя только карточные долги, которые Эндрю смог полностью оплатить лишь недавно. Семья Уайт не страдала от нищеты, но и не могла похвастаться достаточным для высшего общества состоянием. Так же, как и богатым приданым для невесты. Мелани была красива, но мало кто из завидных женихов лондонского света, которых так пыталась поймать миссис Уайт, согласится взять в жены почти бесприданницу, к тому же из семьи, не обладающей титулом.
– Пожалуйста, Дей… – тем временем продолжала шептать девушка, пытаясь прижаться к нему как можно ближе. Но бесполезно: она не вызывала в нем ни капли желания, – будь со мной… хотя бы сегодня…
– А потом твоя матушка потащит меня к алтарю? – он приподнял брови, изогнул губы в сардонической усмешке. – Или скажешь, что она не в курсе того, где ее дочурка? И вы не вместе разработали этот план? Что, побоялись, что Виола нарушит ваши планы и займет настолько желанное тобой место виконтессы Сент-Джеймс?
Деймон наконец выпустил из захвата руки девушки и оттолкнул ее.
– Оденься. И уходи отсюда, – холодно бросил, отворачиваясь к окну. – А после бала вы сразу же покинете Роуз-Мэнор.
Бледная, отверженная, Мелани поспешно накинула одежду и убежала, громко хлопнув дверью.
Глава 17-2
***
Виоле снился сон. Но ей казалось, что все происходит в реальности. Деревянный столб в центре площади, окруженной толпой. Привязанный к нему за руки обнаженный по пояс мужчина. Палач неустанно наносил удары тяжелым кнутом, свист которого громким эхом отдавался в ушах девушки. Спина наказываемого представляла собой сплошное кровавое месиво, но ни крика, ни стона не сорвалось с его губ. Сердце ее болезненно сжалось. Было удивительно, что он все еще жив.
Вдруг мужчина поднял голову, прядь черных волос упала на взмокший лоб, а синие потемневшие от боли глаза взглянули в упор на нее. Сухие потрескавшиеся губы разомкнулись, словно что-то шептали.
«Vale», – разобрала она. «Прощай» на латыни. И глаза его закрылись. Навеки… Виола попыталась закричать, но из горла не вырвалось ни звука.
Женщина, стоящая рядом с ней, с силой сжала ее плечо, зло прошипев в ухо:
– Смотри! Смотри, чего вы добились! Вы обрекли на смерть и вечные муки не только себя. Вы погубили всех нас!
Виола с криком села на постели. По лицу текли слезы, а по спине струился холодный пот. Кто-то обнимал ее, шептал успокаивающие слова.
– Тише, девочка, тише. Это всего лишь плохой сон.
С трудом она смогла вырваться из окутывающих ее пут кошмара и сфокусировать взгляд.
– Деймон, – прошептала, с ужасом смотря в его синие глаза.
– Я с трудом разбудил тебя, ты плакала во сне, – он мягко привлек ее к себе, успокаивающе поглаживая по спине. – Что тебе снилось?
– Ты… – выдохнула и тут же ощутила, как к горлу подступил обжигающий комок. Сглотнула и с трудом продолжила, не узнавая собственный голос, вдруг ставший хриплым и дрожащим: – Твоя смерть… Я видела, как тебя убили.
Деймон хмыкнул, не зная, как реагировать на подобное заявление.
– Опять твое шестое чувство подсказывает, что мне грозит опасность?