– Что с тобой случилось, Деймон? Ты никогда не терял голову! Был само благоразумие.
Она уперла руки в бока и только тут Виола заметила, что женщина беременна. Натянутая кулаками ткань платья обрисовала аккуратный выпирающий животик. Решив не вмешиваться, она продолжала молча следить за пикировкой виконта с незнакомкой. Черт! Надо же было так вляпаться! И Деймон хорош. Обещал же уйти, как только она уснет! А сам с утра втянул ее в неприятности! Конечно, умом где-то глубоко внутри она понимала, что винить нужно не только его. Разве не она сама несколько минут назад охотно отвечала на его ласки? Да вздумай он зайти дальше, она с удовольствием выполнила бы его желание! И плевать ей было на последствия. У нее остались бы воспоминания, которые она смогла бы лелеять, вернувшись в свое время.
Она плотнее закуталась в кокон из одеяла, все еще ощущая смущение оттого, что их застигли в подобной ситуации. Да даже случись с ней такое в двадцать первом веке, она испытала бы неловкость. Но в девятнадцатом…все еще хуже, чем можно себе представить.
– В этот раз благоразумие оставило меня, – услышала она чересчур веселый голос виконта. Скосила глаза в его сторону. Так и есть. Деймон улыбался. – Как ты здесь оказалась, Оливия?
– Уж не думал ли ты, что я пропущу бал? Из-за своего положения я не могу их посещать. Но кто запретит мне повеселиться в этом доме? – Оливия усмехнулась и обратилась к Виоле: – Не стоит смущаться, милая. Как тебя зовут? Я Оливия, сестра этого болвана.
Виола прикрыла глаза, чуть не упав обратно на подушки. Хуже и придумать было нельзя! Она и представить не могла, что внезапно объявится сестра виконта, в чьей комнате она живет и чью одежду носит.
– Я Виола, – выдавила из себя. – Прошу прощения, что заняла вашу комнату. И так получилось, что ваши вещи… – прикусив губу, она выругалась на русском и кивнула в сторону шкафа, – в общем, мои оказались утеряны и…
– О! – охнула Оливия. – Должно быть, ты попала в неприятности. Я вовсе не против. Тем более сейчас они мне ни к чему, – она указала взглядом на свой живот. – И я так понимаю, мой братец подобным образом утешает попавшую в беду девицу? – Деймон снова удостоился недовольного взгляда, но промолчал, пожав плечами.
– Но тебе не о чем беспокоиться, Виола! Я не позволю ему разрушить твою репутацию, – продолжила, улыбнувшись. – Деймон непременно женится на тебе! Ведь так, брат?
Глава 18-2
– Что?.. – только и смогла выдавить Виола. И тут же вскочила, чуть не запутавшись в одеяле, которое отбросила обратно на кровать. – Но я… это вовсе не требуется! Ничего же такого не было! Мы просто… просто… Вот же черт! – и она бросила умоляющий взгляд на Деймона, ожидая, что он подтвердит ее слова.
Но виконт продолжал молча стоять, скрестив руки на груди, не помогая ей ни словом, ни жестом. Одна бровь приподнята, а глазах такое насмешливое ожидание, что девушка в бессильной злости скрипнула зубами.
– Милая, репутация бывает загублена и за меньшие прегрешения, – Оливия осуждающе покачала головой, но с лица ее не сходила довольная улыбка. – Даже нахождение в одной спальне недопустимо, а вас застали в одной постели. И вам повезло, что это оказалась всего лишь я. Будь на моем месте кто-либо другой, подробности произошедшего уже обсуждали бы во всех концах поместья. Я… – она на мгновение замолчала, выдержав паузу, – конечно, не побегу трепать об увиденном. Но, если в ближайшее время не услышу объявление о помолвке, пеняйте на себя!
Усмехнувшись, Оливия обвела их торжествующим взглядом и вышла, прикрыв за собой дверь. Из оцепенения Виолу вывел неожиданный в данной ситуации звук. Она обернулась, расширившимся от удивления глазами смотря на виконта. Деймон смеялся.
– Тебе смешно?! – накинулась она на него, ткнув кулаком в плечо. – Смешно, да? Мне никогда еще не было так стыдно!
– Лив опасаться незачем, – Деймон обнял ее, прижав ее руки к телу и тем самым обезопасив себя от новых ударов. – Она ни в чем тебя не винит. На самом деле она несказанно рада. Сестра спит и видит, как бы женить меня. Так что… к ее угрозе следует прислушаться. Как думаешь?
И чуть отстранившись, он пытливо заглянул в ее глаза. Она напряглась, и он тут же ощутил это.