– Капитан британской армии, лорд Лэнгтон, – пояснила шепотом Оливия. – По какой-то только им двоим известной причине они с Деймоном давно не ладят.
– Теперь, когда все собрались, позвольте попросить минуту вашего внимания, господа! – раздался громкий голос виконта. – Я хочу представить вам особенную гостью сегодняшнего вечера! Мисс Виола, прошу вас.
Виола застыла каменным изваянием. Оказаться в центре внимания ей никак не улыбалось. Но Оливия уже подталкивала ее в спину, призывая встать со стула.
– Невежливо заставлять себя ждать, – шептала она, лучезарно улыбаясь всем вокруг. – Иди же!
И на ватных ногах Виола вышла в центр зала, встав рядом с Деймоном. Что на этот раз он задумал? Она пообещала себе, что, если он выкинет какую-нибудь глупость, например, представив ее как свою невесту, то она непременно его прикончит!
– Мисс Виола Ларина прибыла из России, – тем временем говорил виконт. – Она особая гостья в моем доме. И прием устроен, прежде всего, для нее. Это ее первый бал в Англии.
Гости зашептались, разглядывая ее, и Виола почувствовала себя неуютно. Но все же гордо подняла голову и, улыбнувшись, присела в легком реверансе, как учил месье Дюбуа. Она выступала с докладами перед профессорами и студентами на научных конференциях! Разве сможет ее напугать горстка самоуверенных господ из провинции Англии девятнадцатого столетия?
Виконт объявил о начале танцев, и открыл бал, пригласив на танец Виолу. Прилюдно. Поэтому отказаться она не смогла себе позволить. Подала ему руку, и большая ладонь легла на ее талию.
– Расслабься и доверься мне, – шепнул он, заметив ее волнение. И закружил ее в вальсе, прижимая к себе гораздо ближе, чем позволяли приличия. Он двигался легко, непринужденно, и ей почти не приходилось подстраиваться под него. Она просто позволяла вести себя.
Через несколько мгновений рядом закружились и другие пары. Дамы бросали в их сторону косые взгляды, но Виола не замечала их, целиком погруженная в то ощущение восторга и полета, которое вызывал в ней танец. Или все дела было в партнере? Вряд ли с другим она смогла бы чувствовать себя так же уверенно.
Танец неожиданно закончился, и стоило Виоле вновь отойти к стене, как ее тут же окружила толпа молодых щеголей, желавших познакомиться с иностранкой. Они наперебой расспрашивали о жизни в России, о том, как она оказалась в поместье Сент-Джеймса.
– Наши родители – давние друзья, – с улыбкой отвечала она, уходя от прямого ответа и делая глоток из бокала, услужливо принесенного одним из поклонников.
– Прошу простить мою дерзость, но позволите ли вы пригласить вас на танец? Сейчас обещают полонез, – обратился к ней молодой светловолосый юноша. Виола кивнула, мысленно вспоминая уроки своего учителя. Вроде в полонезе не было ничего сложного.
Шествуя и кружась рядом с партнером, краем глаза она заметила, что соседней танцующей парой оказались виконт и Мелани. Ревность жгучей волной пробежалась по телу, но она удержала на губах улыбку, возможно лишь на мгновение сбившись с ритма. Партнер не заметил ее ошибки или сделал вид. Снова искоса взглянув на Деймона, она поймала на себе его взгляд. Потемневший, тяжелый. Неужели тоже ревнует?
– Прошу извинить меня, но я бы предпочла подышать свежим воздухом, – Виола чуть присела в реверансе, когда танец закончился и поспешила скрыться от толпы воздыхателей на балконе.
Ночь поражала воображение сияющей полной луной и поблескивающими вокруг нее мириадами звезд. И Виола залюбовалась на окружающую ее красоту, полной грудью вдыхая свежий загородный воздух. Однако побыть в одиночестве ей не удалось. Позади раздались шаги и незнакомый мужской голос произнес:
– Не ожидал застать здесь столь прекрасную молодую леди. Устали от суеты, мисс?
Вздрогнув, она резко обернулась и столкнулась с лордом Лэнгтоном. В голове сразу возникли слова Оливии. Этот человек был неприятелем виконта. И сейчас, стоя с ним рядом, в ограниченном пространстве, она и сама ощутила неприязнь по отношению к нему. Немолодой, на вид около сорока лет, темные волосы уже тронуты сединой, он смотрел на нее пристально, с насмешкой в глазах. Что заставило Виолу усомниться в его словах. Он словно намеренно выслеживал ее. Но зачем?