– Это похищение! – закричала, пытаясь спрыгнуть с лошади, но сильные руки держали крепко. Она забилась, чувствуя себя беспомощной мышью, угодившей в когти хищной птицы.
– Тише, тише, – Ястреб сжал Виолу в объятиях, спокойно дожидаясь, пока она успокоится. – Не стоит поднимать шум, мисс. Я не причиню вам вреда, просто хочу показать нечто интересное.
– Но почему именно мне?
– Сегодня я заметил, как вы беседовали с лордом Лэнгтоном на балконе, – сухо ответил мужчина. – И моя уверенность в том, что вы оказались здесь случайно, пошатнулась. И, если вы каким-либо образом связаны с капитаном, то должны знать, к чему приводят реформы и беспредел таких, как он.
Виола молча слушала его речь, чувствуя, как внутри все кипит от злости и возмущения. Уже второй раз за вечер ее обвиняют в сомнительной связи с лордом Лэнгтоном!
– Да я впервые его увидела сегодня на балу! – прошипела, повторяя то, что совсем недавно сказала виконту.
– Знала бы ты, как я хочу верить тебе, – чуть слышно прошептал Ястреб, прижимаясь щекой к ее волосам.
– Тогда откройте свое лицо, мистер, – она повернулась и оказалась с ним лицом к лицу. Слишком близко. Настолько, что сердце забилось вдвое быстрее. – Пытаться выведать чужие тайны, при этом не раскрывая в ответ свои – нечестно!
Мужчина хрипло рассмеялся, и Виола вновь подумала, что смех его поразительно напоминает смех виконта Сент-Джеймса.
– Вы говорите о честности разбойнику, мисс Виола? – она промолчала, скрестив на груди руки. Хочет играть в свои игры? Что ж. Она подыграет ему. – Но достаточно разговоров. Иначе опоздаем.
Путь прошел в полной тишине. Каждый размышлял о своем. Но Виола не могла не чувствовать силу и тепло, исходящие от мужской груди, тесно прижатой к ее спине. Будь она, действительно, кисейной барышней из девятнадцатого века, наверняка должна была бы упасть в обморок от подобного. Но она ощущала лишь желание прижаться к мужчине как можно ближе, позволить его запаху и теплу окутать себя.
Вот же забавно выйдет, если выяснится, что Деймон и Ястреб два разных человека, и она умудрилась запасть на обоих мужчин разом!
Через некоторое время они выехали на большую поляну, где их уже ждали множество людей, чьи лица были так же скрыты либо платками, либо широкополыми шляпами.
– Советую вести себя тихо, мисс, – шепнул ей на ухо Ястреб. – Большинство из этих людей не хотят быть узнанными, оттого и не жалуют незнакомцев.
Он спрыгнул с лошади и помог спуститься ей. Потом подвел ее к большому костру и, велев ждать его здесь, поднялся на подобие трибуны, наспех сколоченное из досок. Какой-то мужчина, повинуясь безмолвному жесту Ястреба, подошел к ней и встал рядом.
– Понятия не имею, для чего Ястреб притащил вас сюда, мисс, – проговорил он тихо. – Но если ему так угодно, то вам лучше молчать и не мешать ему. Вам повезло стать свидетелем одного из знаменитых митингов.
Виола замерла, в удивлении раскрыв рот. Как же она сама не догадалась? Неужели она, действительно, увидит, как перед ней разворачивается народное восстание крестьян против жестоких законов?
– Господа! – тем временем над полем разнесся громкий голос Ястреба. – Прежде всего, я хочу напомнить вам и новоприбывшим, что мы выступаем не против высокой цены на хлеб, а против непомерно обременительных налогов! Кредиторы и правительство своими реформами и новыми законами лишь разорят крестьян, а это не принесет пользы и лендлордам! Оплачивая новые налоги, мы набиваем золотом карманы лишь денежных воротил и приспешников принца-регента из Палаты лордов! Они не понимают, что, если разорятся крестьяне и арендаторы, то новым лордам, пришедшим на смену древним дворянским родам, достанутся только опустошенные земли, которые некому будет обрабатывать! Поэтому чем больше людей мы привлечем на свою сторону, тем скорее сможем вернуть Англии былое величие и не позволить денежным спекулянтам и мошенникам разорить наши земли и погубить наш народ!
Рукоплескания и возгласы толпы раздавались со всех сторон, и у Виолы заложило уши, но она хлопала и кричала вместе со всеми. Речь Ястреба нашла отклик и в ее душе, душе девушки из другого времени.