Александр ударил кулаком по столу, при этом уронив графин с водой. Метнувшись к столу, он схватил телефон и быстро набрал номер сына:
— Где Рада?
— И тебе привет, отец!
— Я задал вопрос! — закричал разъяренный родитель.
— Рада? Так ты же сам ее обернул в Малис, в свою темную.
— Она пропала. Малис пропала.
Теперь уже пришел черед сына рычать на отца:
— Какого хрена? Что значит пропала? Она стала Радой или что?
— От тебя никакого толка! — заорал отец и нажал на кнопку отбоя. — Налей мне выпить!
Александр медленно опустился на стул возле стола и обхватил голову руками. Его план рушился, и он не мог понять причину. Он не мог найти Раду, или Малис, чтобы разобраться, чтобы докопаться до истины.
Наталья подошла к бару, достала уже начатую бутылку рома, поставила перед мужчиной стакан со льдом и бутылку.
— Не упейся!
С этими словами она развернулась и направилась к выходу. Но мужчина схватил ее за руку, не позволив сделать и шага.
— Останься со мной, — тихо прошептал он, поднимая взгляд на женщину.
Глава 34
Рада стояла в квартире Дана и не понимала, кто она и где. Последнее, что она помнила, это комнату в доме отца Дана и ее просьбу освободить ее от боли. Дальше — ничего. Провал. И вот, сейчас она стояла в квартире Дана, в которой они жили вместе почти семь лет назад. Она осмотрелась: квартира явно была жилой, значит, в ней кто-то жил и сейчас, но кто? От страха у нее поднялась тошнота, желудок скрутило. Рада бросилась в коридор и едва успела залететь в ванную комнату и открыть крышку унитаза, как ее вырвало. Спазмы не прекращались до тех пор, пока выходить стало нечему.
Сев около унитаза, нажав на кнопку смыва, она вытерла губы тыльной стороной ладони и опустила голову на свои колени. Дышать уже стало намного лучше, рвотных позывов больше не было, только лишь мелкая дрожь да холодный пот на спине напоминали о недавнем приключении. Шумно выдохнув, она готова была уже подняться с пола, как вдруг глаза обожгло от внезапно вспыхнувшего света.
С трудом открыв глаза, Рада увидела мужской силуэт.
— Рада? — раздался до боли знакомый голос.
— Дан? Это ты? — прошептала потрескавшимися губами женщина.
Мужчина аккуратно сел рядом и прижал женщину к себе. Он гладил ее белокурые волосы и улыбался. Да, его Рада вернулась, она снова стала неземной!
— Наконец-то ты вернулась!
Рада уткнулась в его плечо и заплакала.
— Я не знаю, как я здесь очутилась! Что со мной?
— Мы выясним это, дорогая. Обещаю тебе. Теперь я тебя не покину.
Рада подняла на него свои полные слез глаза:
— А твоя семья?
— Ты — моя семья. Хватит, набегались.
— Нет. Нет, Дан. Ты не можешь. У тебя будет…
— У меня будешь ты. Слышишь? Остальное все неправда. Это все фарс, который мой отец разыграл специально для тебя.
Рада позволила, чтобы Дан поднял ее на руки и вынес из ванной. Он положил ее на их постель, в ту же самую комнату, где они провели столько ночей вдвоем, где они были так счастливы.
— Помнишь? — прошептала Рада.
— Все помню. Я не смог расстаться с этой квартирой. После рождения сына я живу здесь один.
Рада проваливалась в сон, она была обессилена.
Проснувшись утром следующего дня, Рада увидела спящего Дана рядом. Она смотрела на его лицо и улыбалась. Кончиками пальцев она провела по контуру его лица, по его носу, осторожно спускаясь к губам. Прикоснувшись к губам, женщина осторожно провела по ним большим пальцем, очерчивая контур. Затем поднесла палец к своим губам и провела по ним, словно соединяя их губы.
— Лучше прикоснись губами, — услышала она хрипловатый голос Дана. Посмотрев на мужчину, она улыбнулась и поцеловала его.
— Люблю тебя.
— И я тоже люблю тебя.
Рада улыбнулась и прислонилась лбом ко лбу мужчины.
— Как это возможно, что ты любишь меня столько времени?
— Не знаю. Видимо, я бракованный темный, — произнес Дан, укладывая Раду на себя и обнимая за талию.