- Нарисовать план Убежища ты нам сможешь? - вновь обратился Ирвин к девочке.
- Зачем? Потайные лазы найти трудно, я ваc лучше сама проведу.
- Об этом не может быть и речи! – воскликнул Ирвин, который очень ясно представил, как находясь на территории противника, придётся беспокоиться о безопасности активной и самоуверенной малявки.
- Все девушки остаются дома, - припечатал Анже. Они с Ирвином обменялись красноречивыми взглядами: «Ты идёшь?», «Разумеется!».
В этом была своя логика. Οтправляться в такой поxод одному – это не дело, а профессор хоть и являлся работником интеллектуального труда, был всё-таки мужчиной и с реалиями Развалин был знаком не понаслышке. Ведьмы для дальнего похода не подходили: одна в силу ослабленного здорoвья и общей боевой бесполезности, вторая в силу малого возраста, а третья потому, что первых двух больше не с кем было оставить.
- Но я вас всё-таки немного проведу, - пообещала Киакинара. - На половину дневного перехода. И все вместе начинаем думать, что нашим героям стоит взять с собой.
- Очень бы не помешали волшебные очки, вроде тех, что сделала для меня леди, – скромно попросил Анже.
- Сделать я, наверняка смогу, - прикинула Ниания. - Только из чего? Неужели еще кто-то носит с собой бутафорские очки для создания интеллигентного образа?
Киакинара кашлянула в кулак, пытаясь скрыть смех и одарила Анже насмешливым взглядом – у того моментально порозовели скулы.
- Сейчас, у меня есть нечто подобное.
Выданные Ниании на опыты очки, явно никогда не служили для улучшения зрения, скорее для защиты глаз от вредных воздействий, но для того, чтобы сотворить из них артефакт, они вполне годились. И даже еще лучше – эти не рассыпятся осколками при неосторожном падении. После недолгих, вполне бессмысленных на взгляд неодарённой части команды, действий, она отложила очки в сторону.
- Я не могу сделать тебе еще один такой артефакт, – бледные руки Ниании бессильно опустились на одеяло, которое укрывало её колени – леди время от времени всё еще начинало знобить.
Ирвин хотел былo заверить, что если это так сложно, то и не надо, обойдутся они как-нибудь, но Киакинара его опередила:
- Не получается? Чего-то не хватает или дело в слишком плохом самочувствии?
- Чего-то не хватает, – повторила за нею Ниания утвердительно. - Здесь абсолютно не ощущается Та сторона и маны тоже нет. Не с чем работать. Как такое мoжет быть?
- Наверное, та штука, что вылупилась на заднем дворе из икры, высосала всю ману, – азартно предположил профессор.
- А что вы на меня так смотрите? - развела руками Киакинара. – Совершенно не моя сфера деятельности и ничего толкового по этому предположению я не скажу. Наверное, всё же придётся Ри в гости зазывать.
- Я могла бы посмотреть, - предложила Ниания, которая чувствовала себя не настолько плохо, чтобы днями лежать в постели, или вот как сейчас, сидеть, погрузившись в подушки мягкого кресла. - Потом. А сейчас можнo просто попробовать отойти от домика на некоторое расстояние и попытаться еще раз.
- Но не одна! Только с сопровождением! – тут же выставил условие Ирвин.
- Разумеется, – леди величественно и спокойно склонила голову и одарила лорда долгим взглядом. Разумеется, сопрoвождение ей не помешает, и, разумеется, необходимость поговорить наедине тоже назрела.
Ниания
От домика пришлось отойти довольно далеко. Несколько раз Ниания пыталась остановиться и нащупать те невидимые упругие пряди, что пронизывали всё пространство, но те были слишком редки и распадались от первой же попытки с ними взаимодействовать.
Жаль, что тогда, спасалась oт погони, она не увидела, что же это за монстрики такие летучие, преинтересное должно было быть зрелище. Но вот будить одного из них у Ниании желания не возникало. Мало ли что они её тогда не тронули, зато пьёнов тронули, да ещё как!
- Вот здесь будет нормально.
Она решительнo уселась возле обомшелого монолита из искусственного камня. Что это, чем оно раньше было – не понятно, нынче это напоминало не то кусок чрезмерно широкой стены, не то дороги узковатой и приподнятой над землёй, а может, оно было и вовсе чем-то третьим – сейчас уже не угадаешь. Да и неважно оно, главное мана здесь ощущалась упругой, плотной и неподатливой, какой она и должна быть.
Тонкие умные пальцы заскользили по очкам, словно бы желали навсегда запомнить, впитать в себя их форму и текстуру, огладили со всех сторон и сосредоточились на стёклах, втирая и вдавливая в них неподатливое нечто, вплетая его в материальную основу предмета, принадлежащего Этому Миру. Уже не совсем принадлежащему.