– Да, верно, ей такое по силам. Разве это не божественно?
Мы с Обероном посмотрели на вдову и обнаружили едва заметную улыбку на ее лице, приятную, но загадочную.
«А она понимает, что у нее получилась игра слов?» – спросил Оберон.
«Не знаю, не уверен».
«Чувак. Она с нами шутит. Она уже в автобусе».
– Миссис Макдонаг, я хочу, чтобы вы сосредоточились или даже погрузились в медитацию – нет, мне нужно, чтобы вы помолились, сегодня, прямо сейчас, вложите в молитву всю свою веру в способность Марии к чудесному исцелению и другим добрым делам, которые она сможет свершить для наркоманов с бульвара Апачей. Постарайтесь представить ее как можно четче.
– И ты думаешь, что, если я так сделаю, Мария спустится с небес и пройдется по бульвару, исцеляя людей от наркомании и убеждая их больше не грешить?
– Вполне возможно. Тут все зависит от того, как она сегодня себя чувствует.
– Ну, конечно, она чувствует себя чудесно! – Вдова с укором посмотрела на меня. – Она ведь мать Бога, ради всего святого!
– Да, но Мария обладает свободой воли, не так ли? Она не может стать рабыней ваших молитв и сама решает, стоит ей появиться на бульваре, как вы ее просите, или нет. Разве молитвы произносятся не с таким смыслом?
– Ну, наверное. Но так думать… как-то странно. Все получается наоборот.
– Это лишь незначительное изменение причинно-следственной связи. Вера – основа всего. Ничто не работает без вашей веры. Никакая религия. Как язычник, присоединившийся совсем к другому пантеону, я никогда не сумею убедить Деву Марию здесь появиться.
– Но, Аттикус, как может моя жалкая молитва…
– Вера, миссис Макдонаг! Вера! Если вы хотите получить научное обоснование, я не могу вам его дать. Наука не в состоянии сомкнуть кулак разума на чуде сознания, как я не могу превратить мой клинок в световой меч.
«А было бы круто! Ты мог бы нарядиться в коричневые одеяния и обмениваться пресными диалогами со своим падаваном, Грануаль».
«Не сейчас, Оберон».
«Признайся. Ты слегка разочарован, что она называет тебя сенсей. Втайне ты мечтаешь, чтобы она обращалась к тебе Мастер».
«Боги Преисподней, отправляйся в дом и погоняй кошек!»
– Прошу прощения, – сказал я вдове, – вы не против, если Оберон войдет в дом ненадолго?
– Что? Нет, конечно, мой мальчик, вовсе нет. Это будет полезной гимнастикой для моих кисок. Они хорошие, собакобоязненные кошки.
«Мне нравится, когда они на меня шипят и у них изо рта выпадают комочки шерсти».
«Только ничего там не разбей».
«Если что-то разбивается, всегда виноваты кошки».
Я открыл для него входную дверь и сразу же услышал его радостный лай и мяуканье испуганных до ужаса кошек. Мы с вдовой немного посмеялись, потом я снова уселся с ней рядом, а она сделала очередной глоток виски.
– Так вы сможете помолиться об этом для меня? – спросил я, когда шум в доме немного стих.
– Дева Мария на бульваре Апачей? Конечно, могу, если это порадует твое сердце.
– Порадует, – сказал я. – И не забудьте упомянуть, что она может помочь мне убить демона, сбежавшего из ада. Молитесь изо всех сил, если такое возможно, и сосредоточьтесь на том, как она выглядит, и тогда это произойдет – то есть в течение ближайших двух часов. А я пока подстригу траву на вашей лужайке.
– Хороший мальчик, – сказала она с блаженной улыбкой, когда я встал и сбежал с крыльца, чтобы отыскать газонокосилку.
Я обнаружил ее в гараже и вытащил наружу, чтобы быстро проверить, как она работает. Вдова закрыла глаза и принялась тихонько раскачиваться в кресле.
Я не знал, сработает ли моя идея, но надежда оставалась. Мария была склонна чаще посещать землю, чем остальные христианские святые и ангелы. Я встречался с ней около дюжины раз, и всегда в результате молитв о заступничестве, которые кто-то возносил от имени группы людей.
Если ничего не получится, я не стану переживать; просто отнесу стрелы в католическую церковь и попрошу священника их благословить. Сильная христианская вера всегда помогает против демонов, но личное благословение Марии будет большой удачей, если стрелы ее удостоятся.
Закончив подстригать лужайку, я поставил газонокосилку на место и вернулся к вдове. Она на мгновение открыла глаза, и я увидел, что они полны слез.
– О, Аттикус, я очень надеюсь, что она меня услышала и спустится к нам, как ты говорил. Я знаю, что она присматривает за моим Шоном, да упокоится он с миром. – Она перекрестилась при упоминании умершего мужа. – Не думаю, что он будет против, если Дева Мария немного отвлечется, чтобы помочь заблудшим душам, у которых наступили плохие времена. Это стало бы могущественным благословением, я уверена. И неважно, придет она или нет, мое сердце радуется, когда я думаю, что такое возможно и для несчастных еще есть надежда найти бога и доброту ее улыбки. Спасибо тебе за то, что надоумил меня ей помолиться.