Я быстро обернулся и увидел, как она падает на лужайку. Прежде чем я успел понять, что произошло, или спросить у Грануаль, все ли с ней в порядке, мой амулет ударил меня в грудь, отбросив назад, так что я оказался на улице. Я вдруг сообразил, что со мной уже происходило нечто подобное, во время Второй мировой войны на юго-западе Франции. И между одним неловким шагом назад и другим у меня возник один из невероятных моментов гештальта, когда синапсы нескольких воспоминаний и ключей, бесполезно лежавшие в моем подсознании, соединились и выдали одно слово в лобную долю, слово, полное гнева, отвращения и горького яда мести, в которой мне было отказано: они.
Мерцающая тень движения в моем периферийном зрении заставила меня повернуть голову направо, и я успел увидеть стройную женщину, окруженную дьявольским сиянием заклинаний, которая сворачивала за угол и бежала в сторону парка Митчелл. Если бы не мои очки фейри, я бы ее вообще не заметил; в обычном спектре она почти наверняка оставалась невидимой и определенно была одной из них – и теперь я знал имя для старого врага, с которым так стремился встретиться после начала сороковых годов XX века. Больше у меня не осталось ни малейших сомнений, что ведьмы, которые во время Второй мировой войны напали на меня и тех, кого я защищал, атаковали меня и сейчас, и они называли себя die Töchter des dritten Hauses.
Глава 18
Я понимал, что нельзя терять ни мгновения, разорвал связь с Грануаль и вернул ей собственное зрение.
– Возвращайся в дом и оставайся там! – крикнул я и побежал по улице.
Внутри она будет в безопасности, даже если атаки повторятся. Я увеличил скорость и помчался изо всех сил, надеясь, что сумею догнать ведьму, которая только что пыталась убить меня и мою ученицу.
Оказавшись на углу 11-й Джадд-стрит, я успел заметить, как она поворачивает направо, на 10-ю. Значит, скоро будет на Митчелл-Драйв, откуда отправится на север, к парку – или на Юниверсити-Драйв, – пытаясь спастись. Но когда я добрался до Митчелл-Драйв, стук ее туфель по асфальту заставил меня посмотреть на юг, и я заметил, как она исчезла за углом 10 Плейс, небольшой дороги, куда даже не выходили фасады домов. Там имелся проход, который приведет ее на Рузвельт-стрит, где она, по моим прикидкам, снова свернет на север – и от этой мысли внутри у меня все похолодело.
Я понял, что этот путь приведет ее к дому вдовы Макдонаг.
Знала ли она, что вдова мой друг? У вдовы не имелось никакой защиты; она была полностью уязвимой и, скорее всего, сейчас сидела у себя на крыльце, где ее легко атаковать, если только ведьма не нанесла ей визит раньше.
Прежде я старался защитить всех своих друзей, но постепенно понял, что лишь делаю из них мишени – или указываю путь, где могу спрятаться. Я решил, что бесполезно держать в тайне свое местонахождение, и давно отказался от этой привычки. Теперь же, преследуя ведьму, я понял, что ситуация изменилась, а я ничего не заметил: теперь я не прятался, а мои друзья могли с тем же успехом носить рекламные плакаты с надписью: Причините мне вред, если хотите добраться до друида.
Я удвоил усилия и уже начал раздумывать о том, чтобы воспользоваться магией и еще больше увеличить скорость, но тут снова увидел ведьму и понял, что она рассчитывала именно на это. Она совершенно сознательно бежала посередине дороги, значит, знала, что я черпаю энергию от земли, и не станет приближаться к тем местам, где есть газоны или открытые участки, чтобы я не мог пополнить свои запасы силы. Я понимал, что, если атаковать ее при помощи магии, мне придется лишиться контакта с землей и рискнуть растратить последнюю энергию.
Это очень походило на ловушку.
Впрочем, особого выбора не было. У меня имелось достаточно энергии в медвежьем амулете, чтобы сотворить одно или два заклинания, возможно, три, если повезет; бо́льшая часть ушла на создание талисмана Грануаль и связывание ее зрения с моим.
Я был в туфлях и не мог брать энергию от земли – для этого мне пришлось бы остановиться и снять обувь. Я не мог изменить форму и стать волкодавом, не сбросив одежды, чтобы не давать ей шанса оторваться от меня еще сильнее. К тому же я не хотел рисковать – мое превращение могли увидеть посторонние. Я продолжал преследовать ведьму, и тут мне в голову пришла еще одна идея, хотя и в этом случае существовал риск обнаружить свою истинную природу, к тому же я никогда прежде не пытался так делать.
Но я решил, что здесь, на 10 Плейс, где нет зданий с окнами, выходящими на улицу, я смогу осуществить свой план с минимальным риском быть замеченным. По моим прикидкам, оно того стоило; я не мог позволить ведьме уйти, не ответив на ее удар. Если она намерена атаковать меня, то должна знать, что за нападение придется платить.