— То есть было что-то вне клановой резиденции и это что-то пытались найти. Артефакт Вирмор, перенастроенный артефакторами на другой род?
— Может и его, а может и ещё что-то. Я бы скорее предположила, что либо что-то ещё, либо нужен был именно доработанный артефакт, иначе напали бы раньше. А Севри сразу трогать не стали, из-за того, что было неясно, у кого именно артефакт — с тем же успехом это могли быть Майно и Ренис. Все три уничтожать — это уже ни в какие ворота, да и слишком велик риск, что остальные кланы объединяться, найдут сотворивших это и раскатают тонким слоем по камушкам. Тем более в то время Майно уже уверенно двигались к тому, чтобы если не возглавить фарм. тройку, то по крайней мере достойно в неё войти. Сименти и Катэри это, конечно, не нравилось, так что они ставили им палки в колеса, что не мешало им укреплять отношения друг с другом через браки. Ещё и поэтому связываться с Майно было себе дороже. Конкуренция конкуренцией, а уничтожения Майно алихимические кланы бы никому не простили. Да и Ренис были куда более многочисленными, чем перед недавним взрывом и ещё не обреченными, вроде даже в Десятку входили. Так что нужно было сперва определиться, у кого артефакт или что там убийцы искали.
— Логично. Хотя меня смущают такие совпадения.
— Вы про Ренис? Меня тоже. Но не думаю, что кто-то стал бы ждать полтора столетия, чтобы взяться за них.
— Тоже верно. — Будь временной промежуток поменьше, даже пятьдесят лет, это ещё было бы возможно, но сто пятьдесят? Слишком долго. Нет, взрыв у Ренис с этой старой цепочкой едва ли можно было связать. — Во все это не укладывается только уничтожение Лиоссе. Или кто-то побоялся мести?
— Они были в ту ночь вместе с Серви, — объяснила Дельфина то, чего в краткой справке по делу не было. Похоже, этими кланами она уже успела вплотную поинтересоваться. — Кланы давно уже прочно переплелись. Они собственно все три были родственными, просто те, кто был в близком родстве с Неростре, пострадали от их проклятья.
— И кто им в этом случае наследовал?
— О, вам понравится, — заверили его, а потом нашли нужное место в длинной справке по клану, содержащей множество вспомогательной информации. — Тут прямо совпадение на совпадении.
— Герт и Неростре⁈ Серьезно?
— Говорю же, они были в близком родстве. Лиоссе больше, Серви меньше, поэтому имущество и родовое гнездо первых отошло Неростре, а имущество Серви оказалось во владении Герт. Что то, что другое, правда, как я поняла, уже давно успели частично перепродать.
— Кажется, мне нужны архивы Герт. Или ещё одна встреча с Флоренс. И поговорить с отцом Мари.
— У вас есть для этого все возможности, — пожала плечами тайница. — Мне интереснее другое: получил ли кто-то из них силу Серви или Лиоссе? Или же она также как с Ластре исчезла в неизвестном направлении? И не в том ли же самом, что сила обреченных родов в последние десятилетия?
Вопрос был, что называется, не в бровь, а в глаз. Хотя масштаб, в том числе и временной, если она была права, уже не просто пугал, а ужасал.
Дав гостю время это осмыслить, тайница попросила:
— Не говорите пока ничего начальнику. Я не сомневаюсь, что он ни при чём, но вот то, что его клан тоже в этом замешан, меня несколько напрягает.
— Тиберий не станет покрывать преступника, даже если тот из его клана.
— Уверены? Вы бы не стали?
— Не стал, — уверенно кивнул Герберт.
— Рада за вас. Но за другого я бы на вашем месте говорить не стала. С Тиберием Истре я почти не сталкивалась, а вот с его дядюшкой и дедом приходилось. Те ещё кадры.
Следователь не сразу сообразил, о ком она, но потом вспомнил, что родственники Тиберия занимали должности как раз в тайной канцелярии, и всё встало на свои места. Сам он с ними знаком не был, отношения у них с племянником и внуком были довольно натянутые, а должности достаточно высокие, так что в департаменте они не появлялись. Возможно, со старшим Истре им приходилось сталкиваться на балах, но Герберт бы за это не поручился. Представлены они точно не были.
— Ладно, не буду. Тем более это моя частная инициатива, а не очередное расследование. Пока по крайней мере, — вздохнул Герберт. Он очень надеялся, что ошибается, но в общую картину все укладывалось слишком хорошо. Кроме того, скорее всего, Дельфина была права и признанием дочери Неростре привлечет к Мари всеобщее внимание. Наверняка он и сам это понимал, но едва ли знал о том, какие масштабы это может принять. Вполне возможно, девушку попытаются похитить. — Я поговорю с Леонардом. И, если получится, с Мари. Заодно узнаю у неё про того Дарне. — Тайница кивнула, одобряя такой план, и следователь вернулся к их официальному расследованию: — Что у вас там по Ренис?
По Ренис было немного. Живых в доме из постоянных его обитателей не осталось, выжили только те, кто в эту ночь дома не ночевали. А таких, учитывая какой-то праздник в клане, было немного, и все из младшего круга. В их числе пожилой артефактор, аккурат накануне загремевший в больницу с инсультом, да один из боевых магов, удравший после праздника в город. Одного в курс дела ещё не ввели, боялись ухудшения, другой ничего толкового сказать не мог, хотя его память за тот день считыватели тайной канцелярии прошерстили от и до. До каскада были ещё представители клана, жившие отдельно и опознать часть тел и дать показания они успели, но потом произошёл каскад. Так что теперь оставались записи показаний, другие гости, соседи и камеры. Благо в столице последних хватало. Вот только ночь перед взрывом на всех окрестных камерах была тиха и спокойна.
— А что говорят алхимики насчёт взрыва? Чем он вызван? — поинтересовался огневик.
— Алхимическим составом. Но эпицентр был в лаборатории, и там столько всего разнесло, что сказать, что первым рвануло, уже невозможно.
— То есть кто-то проник в дом и пробрался в лабораторию, а потом покинул их.
— Или не покинул. Часть тел так и не опознали. Может и тот, кто устроил взрыв, там же и остался.
— Даже если так, все равно нужно выяснить, как он туда попал.
Это Дельфина знала и сама. Но соседи и гости уже были опрошены, записи камер пересмотрены и теми, кто занимался делом до неё, и ей, и аналитиками, а зацепки не было.
— А фотографии с этого праздника были? — вдруг поинтересовался Герберт, уже когда они снова переместились на кухню к чайнику и горькому шоколаду, всегда, по её словам, помогавшему тайнице. — В соц. сетях или на фотоаппарате каком, если фотографа приглашали?
— Я не интересовалась. Но давайте посмотрим.
Зайти в соц. сети с мобильного было недолго. Гораздо сложнее просмотреть странички всех членов семейства, пестревшие соболезнованиями от самых разных кланов. Кто-то почти их не вел, использовал, видимо, только для переписки, кто-то вел чуть более активно. Самой активной оказалась Алера Ренис. И вот у неё общие фотографии на странице были как датированные тем вечером, так и уже следующего дня, когда стало известно о взрыве. И, что было очень удобно, часть присутствующих уже была на них отмечена.
— Нужно будет встретиться с этим вашим боевым магом, а если не поможет, то и с Алией Ренис, они с мужем вроде бы как раз в столице. — По крайней мере, что-то такое он слышал.
— В столице, — кивнула Дельфина.
На этом они решили, что на сегодня хватит, потому согласовали планы на завтра, и Герберт отправился восвояси.
Дозировку зелий целитель решил снижать постепенно, так что уже на второй день Мари наконец с радостью поняла, что мысли перестают напоминать варенные макаронины и чтобы сосредоточиться уже не нужно прикладывать такие усилия. Появилось время и возможность наконец обдумать сложившуюся ситуацию. Та девушке не нравилась.
Да, стоило бы порадоваться, что она жива, что её научат целительству, что больше она не будет непризнанным бастардом, но радоваться не получалось: слишком велика была цена этого. И теперь, начав соображать и получив возможность худо-бедно перемещаться по дому, Розмари все больше понимала, насколько высока.
Джулиан был городским целителем, причем куда более адекватным чем пресловутый целитель Чирде, или даже манкирующая порой своими обязанностями Гвендолин. Едва ли не каждый день, а то и несколько раз за день он срывался в ту или иную больницу. И как правило не из-за магов, а ради обычных людей: по её просьбе о случаях, на которые его вызывали, он рассказывал. Были у него и постоянные пациенты, теперь, когда самой Мари стало лучше, зачастившие в дом Неростре. И тоже далеко не все из них были магами. И это только подтверждало то, что Джулиан был хорошим, опытным и отзывчивым целителем, таким, каким хотела быть сама Розмари. И от этого было ещё горше от совершенной глупости, и его решения забрать на себя последствия этой глупости, то самое проклятье. Если бы она просто вернулась в поместье, а не хваталась за соломинку, оказавшуюся бревном, грозящим потопить вовсе не её!