— Вполне, — заверила его постдипломница. И не удержалась от комментария призванного облегчить жизнь им обоим: — Тем более я про это читала. Ну, про последствия выгорания, стадии, перестройку, нарушения, в том числе неполную перестройку с сохранением генерации магии и постепенным наполнением резерва. Только если вы меня к этому подводите, то у меня была немного другая ситуация. — Целитель не перебивал, потому она продолжила: — Выгорела я полностью, артефакт Совета подтвердил. Нарушения при перестройке были, показатели скакали, но в пределах разумного и после пары обмороков в первые дни уже без всяких там потерь сознания, судорог и прочего. А недели через полторы пришли к норме и они. Но потом я случайно выяснила, что на чужой силе колдовать могу и несколько раз это осуществила, чем и запустила обратную перестройку. Вот только когда я это поняла, было поздно. Даниэль сразу сказал, к чему это приведёт. Да я и сама понимала.
— Он мог оттянуть энергию.
— Он и оттягивал. И блокиратор я пила. Надолго только этого не хватало.
— И поэтому ты решила поехать ко мне?
— Это был хоть какой-то шанс, — вздохнула магиня. — Правда, я не думала, что в этот раз наберу полный резерв так быстро, иначе бы, как мне и советовали, заглянула в резиденцию клана перед тем, как искать вас… Мне сказали про проклятие, но я решила, что лучше уж умереть от проклятия, чем быть магической бомбой замедленного действия.
— Выплески уже были? — сразу понял целитель.
Мари кивнула:
— Чудом никто не пострадал. Снег разметало до асфальта на несколько метров вокруг, урну смолотило в пыль. И это ещё был слабый. А что бы было при сильном?
Он как раз представлял, что. Да она и сама, похоже, подозревала.
— Поэтому ты вместо того, чтобы обратиться в представительство, больницу, найти меня через Даниэля или попытаться добраться до него, пошла в парк? — откуда её привезли, целитель узнал.
Розмари смутилась. Но не стала объяснять, что искать его пыталась, вот только о представительстве вспомнила поздно, а звонить Даниэлю не стала просто потому, что понимала, что, как не спеши, добраться к ней он уже не успеет, а перенос через порталы, реши она воспользоваться ими, её состояние почти наверняка только усугубил бы.
— В общем гордо решила помереть, никого в это не вовлекая, — кивнул своим мыслям мужчина.
Оправдываться она посчитала глупым. По сути своей он был прав.
— Ладно, об этом мы потом ещё обязательно поговорим. Вернёмся к прошлому твоему выплеску. У тебя самой после него что было?
Переключиться вот так сразу, будучи на лекарствах, оказалось непросто, мысли были словно переваренные макароны, но упорства ей было не занимать. Потому, может и не сразу, но Мари ответила:
— Ерунда. Носовое кровотечение я и сама остановила, а руку Даниэль потом залечил. Показатели в норме. Бывало хуже.
— Насколько хуже?
Она объяснила. С конкретными цифрами, их изменением, своими выводами и примерами из литературы. Чем дальше, тем больше целитель хмурился. Но молчал. Волей-неволей начнёшь дополнительно мысленно анализировать сообщенную информацию.
— Что-то я не понимаю. Ты ведь вроде бы пространственница? — когда она закончила, поинтересовался Джулиан.
Наконец поняв причины его хмурого вида, Розмари тихонько выдохнула: похоже, дело было не в ошибках, а в её специализации, не подразумевающей такого глубокого знания медицины. Причем именно медицины, а не целительства, всё же своя специфика и у того, и у другого была.
— Да. Но летом я закончила мед. академию, а сейчас уже несколько месяцев отработала после в приёмном. Постдипломники всегда с него начинают. Но я думала на нём и специализироваться.
— Неожиданно. — Что тут ещё сказать он не знал. Тем более это действительно было для него сюрпризом. Как целитель он представлял масштабы необходимого к изучению материала, сложность вузовской программы и то, с какой нагрузкой сталкиваются студенты. Совместить это с учёбой в клане да ещё на пространственницу явно было непросто. — Но если ты так хотела лечить людей, почему было не сменить специализацию на целительство?
— Клану нужен был пространственник. Целитель тоже, конечно, но на целителя уже училась Гвен. Когда она заключила помолвку с Дарне, я уже готовилась сдавать экзамен на третий ранг. Смысла не было переучивать меня, проще обучить на целителя кого-то другого.
Обо всех этих клановых заморочках Джулиан постоянно забывал. Сказывалось, что сам он был из вымирающего клана, где некому было ограничивать наследника. Как некому и учить.
— Значит, третий ранг? — чтобы как-то отвлечься от темы решений глав кланов, поинтересовался и сам глава клана. Вдобавок недавно разорвавший помолвку дочери без согласия той. О чём она ещё не знала.
— Второй, — поправила пространственница.
Он удивлённо приподнял брови: второй ранг за красивые глазки не давали. Как и остальные ранги, впрочем. Но в отличие от третьего ранга, до которого рано или поздно добирались все или почти все клановые маги, второй требовал хороший уровень владения силой, достаточно большой резерв, умение быстро плести заклятья… И получить его в двадцать с небольшим было серьёзным достижением.
— Впечатляет, — признал целитель. И предостерёг: — Но слишком не рассчитывай, что сейчас ты его сохранила. Управлять силой наверняка будет сложнее.
— Я так далеко не загадываю, — пожала плечами магиня. — Я вообще вас искала просто потому, что не хотела никого убить очередным выплеском.
Заметив, что капельница заканчивается, он перехватил её предплечье, чтобы вытащить иголку. От прикосновения девушка вздрогнула.
— Ты действительно думаешь, что я дам тебе умереть от проклятья? — спросил он, убирая всё в один из ящиков и потому не глядя в голубые глаза с фиолетовыми искрами.
— А какой вам резон этого не делать? — она, похоже, всерьёз верила в то, что говорит. И это не на шутку разозлило. Пожалуй, даже больше первой мысли, что как раз на то, что он пожертвует ради неё собой, она и рассчитывала.
— Даже не знаю, — с сарказмом заметил целитель. — Возможно тот, что ты — моя дочь?
— Только чисто биологически. Мы — чужие друг другу люди. И я ни на что не рассчитывала кроме уже озвученного.
— Это я уже понял. — Как и то, что с близкими у дочери всё напряженно. Отошёл к коробке с зельями, нашёл нужное и, вернувшись к постели, снова опустился на краешек. — А теперь посмотри на нашу ситуацию с моей стороны. Смогла бы ты обречь собственного ребенка на гибель, даже если бы по какой-то причине не могла его воспитывать?
— При чём тут…
— Если бы я собирался отдать тебя проклятию, я бы просто не стал тебе помогать. Счёт шёл на минуты, сила уже подсачивалась, калеча сосуды. Пока поверхностные, но уже понятно было, что, если ничего не сделать, она тебя уничтожит, — щадить её чувства он в этом вопросе был не намерен. — Достаточно было просто не вмешиваться. Это было бы милосерднее, чем смотреть, как проклятье постепенно тебя уничтожает. Я, как видишь, вмешался. Прекрасно понимая, что за этим последует, и каковы будут последствия и для тебя, и для меня.
— И вы всерьёз намерены… — её голос сорвался.
— Взять проклятие на себя, если оно выберет тебя? Да. Не дать тебе его взять на себя, если оно выберет меня? Тоже да, — подтвердил он свои намерения. — Ты — моя дочь. Кровь от крови, сила от силы. Я не признал тебя сразу после рождения только из-за проклятия, а не потому что не хотел признавать или потому что ты была рождена вне брака. И не появлялся в твоей жизни тоже только чтобы его не спровоцировать. Теперь, когда обстоятельства сложились так, как сложились, отступать я не собираюсь.
Мари в ужасе смотрела на него. Кажется, сейчас до неё окончательно дошло, что она натворила, явившись к нему в смутной надежде на отсрочку. И это она ещё не знала всех нюансов работы родового проклятия.
Но давать ей предаться меланхолии он не собирался:
— Осознала? Хорошо. Давай тогда заканчивать с разговорами. Займёмся твоим лечением. Нужно поскорее поставить тебя на ноги. Мне многому следует тебя научить, а время у нас ограничено.