— Так значит, у тебя есть навык памяти? — удивлённо и несколько довольно воскликнул сосед на правой, ближайшей к выходу кровати. — Меня, кстати, зовут Миван из Катыра Нирийской Империи. Я тоже получил этот навык и уже три раза с его помощью память улучшал. Так что не волнуйся, я прослежу за твоей безопасностью! — гордо закончил он.
— Благодарю, — выдавил из себя Виктор, запомнив своего защитничка и мысленно распрощавшись с расслабляющей медитацией, так как не был уверен в возможность мальчишки понять, просто он медитировал или с памятью решал, из-за чего решил просто последовать своим же словам. — Кстати, ехал с одним мальчишкой, который в Катыр направлялся учиться.
— Ну, успехов ему… — пожал плечами Миван, которому было плевать на неудачников, поступавших в простые академии вместо спецшколы. — Ты только скажи, когда начнёшь, ведь нам в самом начале тишину надо поддерживать… — ему куда как больше было интересно понаблюдать за использованием глубокого навыка памяти со стороны и почувствовать возможные отличия от свершения подобного действа отцом, за которым ему доводилось наблюдать.
— Да, сейчас сгоняю, умоюсь, чтобы потом сразу спать лечь, — и видя насмешливый взгляд Скара, решил добавить. — У меня навык пассивный и ночью лучше всего своё дело сделает… — закончив свою маленькую ложь, которая по факту была выдумкой, ведь юноша в принципе не знал о наличии влияния сна на навык памяти или отсутствии такового, и сказал первое, что пришло в голову.
Заглянув в свой путеводитель студента, Виктор понял, что ему предоставлялась форма и пижама для сна, которую он никогда в своей жизни не носил, но здесь решил попробовать. Быстро найдя свои вещи в тумбочке стола, парень поспешил в душ, где с радостью отмылся от предыдущих двух дней путешествий, окончательно расслабившись и потеряв любое желание что-либо делать, но вернувшись в комнату, встретился с участливым взглядом Мива, который напомнил о его собственных словах. Всё ещё ясно помня испытание, юноша помнил простоту и некую жестокость детей, подвергаться которой ему совсем не хотелось, ведь… он был слабее большинства попавших в спецшколу детишек, из-за чего нужно было себя как-то показать, и за время испытания парень принял необходимость отвечать за свои слова, как один из способов это сделать.
Конечно, в отличие от испытания, здесь существовали правила, но как не ему, недавнему пацану, не знать, как детишки любили делать что-то втихую от взрослых, а значит и правил, взрослыми же установленных. К тому же правил юноша ещё не знал, а общение настраивать нужно было уже сейчас.
— Ладно, я начинаю! — кинув старые вещи в корзину для белья, подписанную его именем, юноша уселся на кровать в позе лотоса, а мальчишки в комнате замолчали, создав торжественную атмосферу тишины, перебиваемой звуками из других комнат.
Выкинув из головы своё окружение, Виктор быстро вошёл в медитативное состояние и из него не без оформленного намерения погрузился в свою память, представленную условными звёздами памяти.
Взгляду юноши предстали три рядя звёзд памяти, сияющих своими знаниями и опытом, переплетённые связями между собой, как внутри группы, так и меж них. Несмотря на то, что парень давно хотел погрузиться в свою память и что-то ещё изменить, чтобы увеличить её эффективность, кроме неоформленного «сделать что-то эдакое» он пока ещё ничего не придумал, поэтому начал просто рассматривать три ряда звёзд, представляющие его жизненный опыт, навыки, в основном состоящие из переплетения внутренних и внешних ссылок, и знания, порядок которых значительно изменился после предыдущего его входа в это состояние.
Рассматривая разные связи, Виктор понял, что у него было только одно, при этом сильное желание — спать, но была вероятность, что простое пребывание в этом состоянии не было настоящей работой с памятью и будет замечено соседями по комнате, из-за чего юноша начал пытаться выдумать что-то, что потенциально могло улучшить его память, но не принести вреда.
Поблуждав взглядом по относительно ровным рядам памяти, мысленный взор юноши остановился на первом ряду — жизненном опыте, а именно на его разделении на последние сутки, последнюю неделю, месяц, год, три года, десятилетие, тридцать лет, столетие и триста лет, а дальше по аналогии с прибавлением нолика в конце, которое он сделал ранее с запасом, а теперь юноша решил разделить эти секции как некие ступеньки, чтобы яснее просматривались ссылки между жизненным опытом внутри первой линии звёзд памяти.