— Аста? — Рэйвен вышел из своей комнаты, услышав ее.
— Прости, мы сейчас весь дом разбудим. Но у нас пропал ребенок и собака.
— Что значит пропали?
— Ничего страшного, они с Фасти… — она резко осеклась.
Ее питомец действительно разгуливал именно здесь, увидев хозяйку, бросился к ней.
— Где Хин? — заглянула Аста в искренние глаза аглаунда.
Он выразил свое недоумение. Аста почувствовала липкий страх, сковавший позвоночник. До этого момента она даже не допускала дурной мысли, опасные события не могут случаться ежеминутно. Она беспомощно взглянула на Рэйвена, он мрачнел на глазах. В этот момент ей стало плохо. Она рухнула как подкошенная посреди коридора. Страж мгновенно оказался рядом.
— Аста, что случилось? — он схватил ее за плечи и встряхнул, не давая упасть в обморок. — Посмотри на меня!
— Рэйвен, в доме чужой, — она слабо оттолкнула его от себя. — Сейчас… проломит двери. Я справлюсь, иди.
Он совсем не хотел оставлять ее одну, тем более в таком состоянии, но Аста жестом показала, что будет в порядке.
Рэйвен быстро оказался на первом этаже и увидел «чужого». В дом вошла Грэв. Точнее нечто, похожее на нее. Вряд ли от духа осталось хоть что-то прежнее, после стольких дней за барьером. Страж знал, что она не смогла выбраться в тот раз. Она приняла на себя удар, его поэтому лишь задело. Вытащить он ее не мог. А сейчас она слишком легко прошла защитные заклинания дома. Они не работали против нее. Принимали за «свою».
Она с вызовом взглянула на прежнего хозяина. Теперь у нее был новый, и он пригнал ее сюда. Он желал уничтожить эту крепость, которая загораживала для него путь и весь горизонт.
— Лучше тебе уйти, — посоветовал ей Рэйвен, медленно спускаясь по лестнице.
Дух оскалился и бросился на него. Оборотень перевоплотился и в один прыжок преодолел разделявшее их расстояние. Он сбил ее и утащил за собой сквозь стены дома, выбросив наружу, словно щенка. Он замер у лестницы грозной тенью, рыча и обнажая клыки. Дух чувствовал энергию Зверя, и эта сила была ему не под стать. Этот противник для нее слишком силен. Ее обнаружили слишком быстро, она только порог успела переступить, пройди она чуть дальше, узнай они о ней чуть позже, и она смогла бы навредить дому. Но теперь… Она попыталась напасть на оборотня, но магия того ударила ее резко и хлестко. Рядом с ним возник еще один враг. Ирим попытался поймать существо в свою сеть, но оно поспешно исчезло.
— Идти за ней?
Зверь мотнул головой. Они не знают, во что превратилась Грэв. Они думали, что с ней покончено. По одному удару он понял, что она не так уж и сильна. Темная магия изменила ее, но сделала слабее. Скорее всего, потому что противоречила той основе, на которой духа когда-то создали маги. Вряд ли она долго протянет. Зверь указал стражу на мальчика, лежащего на земле недалеко от ступеней. Ирим бросился к ребенку, поднял его и перенес в дом.
— Что с ним? Что с моим сыном? — метался Дамиш по комнате.
Нэл с прямой спиной и очень бледным лицом стояла у противоположной стены.
Ребенка осматривала Рамина.
— Уничтожьте эту вашу тварь, — отец должен был на кого-то выплеснуть страх и злобу, и выбрал для словесной атаки Рэйвена. — Она чуть не погубила моего сына!
— Связи с Грэв у меня больше нет, — лидер стражей говорил спокойно, оставаясь на пороге комнаты. Если бы случилось что-то серьезное, Рамина не была бы так расслаблена. Значит, с мальчиком все хорошо, но чувства родителя понять было можно. — Ее облик — это все, что от нее осталось. Охотилась она не за вашим сыном. Она проверяла прочность дома. Мальчик просто оказался там не вовремя.
— Вы!.. — не нашелся Дамиш со словами.
— Успокойтесь, сейчас все хорошо. Из-за того, что он оказался снаружи, Хин лишился сил, — вынесла вердикт Рамина. — Он слабее, чем мы все, поэтому потерял сознание.
— Аста говорила, что они играли в прятки, — рассудил Рэйвен и выразительно посмотрел на Дамиша. — Мальчик мог сам покинуть дом. Следите за ним внимательнее.
Мужчина не нашел, что на это ответить, взглядом поискал поддержки у дочери, но та выглядела хмурой. Такой вариант был возможен. Эти игры с аглаундом они все видели, его сын мечтал спрятаться от могучего пса, который выслеживал его на раз по запаху. Никто и не подумал, что Хин решится выйти из дома. Дамиш тяжело вздохнул. Рамина пообещала заглянуть утром, а пока что мальчику нужно дать поспать и ничем не тревожить.
— Спасибо, — бросил Дамиш в спины стражам.
Рэйвен вернулся к себе. Аста обустроилась с ногами в кресле в его гостиной и почти дремала. Ей захотелось спрятаться, а сил идти куда-то еще не было. Она прислушивалась к дому и не чувствовала ничего плохого, и надеялась, что все обошлось. При появлении стража она встрепенулась.
— Все в порядке?
— Да, все целы.
Но короткий пересказ событий ей не понравился.
— Фасти, следи за Хином, не отходи от него ни на шаг.
Аглаунду не пришлось по душе такое распоряжение, но с хозяйкой он не спорил, поэтому ушел.
— Видишь, привязка к дому оказалась не бесполезной, — Аста решила, что для такого заявления самое подходящее время.
Рэйвен взглянул на нее с осуждением. Неужели не понимает, скольких нервов ему стоит каждое переживание о ней?
— Ты сама в порядке?
— Да, — Аста мягко улыбнулась, — что со мной случится?
— С тобой здесь постоянно что-то случается, — раздраженно произнес Рэйвен. — Я обещал тебя защитить от всего, но с каждым разом боюсь все больше — успею ли?
— Зачем ты обо мне беспокоишься?
— Какой плохой вопрос. Он причиняет боль.
Аста закусила губу.
— Прости.
— Знаешь, за что извиняешься?
— Нет, — она замотала головой.
— Знаешь. О ком мне еще беспокоиться, Аста, если я думаю только о тебе?
— О себе и об остальных. Это вы рискуете и бываете ранены, — упрямилась она.
— Потому что сейчас нигде не безопасно.
— Рядом с тобой безопасно, — проговорила Аста и тут же смутилась. Ей показалось, что такие слова сродни признанию. А признаваться было не в чем, или наоборот? — Уже поздно, я пойду к себе.
Она выбралась из кресла, но стоило ей сделать шаг, и Рэйвен перехватил ее за руку, вернул на место перед собой.
— Я не хочу, чтобы ты уходила, — он притянул ее ближе к себе, поцеловал запястье там, где бился пульс.
Аста почувствовала собственное сердце, поддалась и невесомо опустила руки ему на плечи.
— Попроси меня остаться, — шепотом произнесла она.
— А я могу? — Рэйвен смотрел ей в глаза.
— Это твой дом.
— Точно.
Нежный, невесомый поцелуй мгновенно перерос в личное откровенное желание и безудержное стремление друг к другу. Аста обняла его за шею, проникая пальчиками под ворот рубашки, проводя по позвонкам и зарываясь в короткие жесткие волосы на затылке, щекотавшие ладонь. Рэйвен прижал ее к себе, чтобы ощущать всем телом, чувствовать глухой стук сердца, сбившегося с привычного ритма. Это было столь долгожданно и столь прекрасно, что затмило весь остальной мир, все его проблемы и заботы. Они остались вдвоем, в темноте и тишине этих комнат, в которые никаким бедам было не достучаться. Поэтому можно было наслаждаться друг другом, целоваться долго, сладко, до головокружения, забирая в свое личное распоряжение все секунды и минуты этой ночи. Рэйвен опомнился первым и отстранил Асту от себя на полшага, испытав при этом почти физическую боль. В ее глазах молнией мелькнул испуг. Подумала, вдруг он передумал и выгонит ее? Рэйвен усмехнулся, как-то по-звериному, и потянул Асту за собой в спальню, где снова привлек к себе и отпускать более был не намерен.
Из-за чувств, которые на него напали с появлением этой девушки поблизости, он не всегда избегал откровенных мыслей, поэтому представлял Асту в своей постели. Но фантазия сдалась перед реальностью. Стремление увлечь ее нежностью полетело к чертям под натиском страсти. Рассыпавшиеся по подушке волосы, горящий взгляд, полуоткрытые, чуть припухшие губы — видение всего этого привело к срыву. Аста выгибалась ему навстречу, стремилась к нему каждым движением, на ее губах играла улыбка, которую Рэйвен еще ни разу не видел. Она ликовала от мысли, что это она вызвала в нем бурю, и что он совсем не может сдерживать себя из-за нее. Главное, она может позволить себе дать ему ответ — шепотом, вздохом, стоном. Откликнуться на каждое из чувств и посвятить себя ему и, возможно, совсем немного поделиться с ним собственным сердцем.