Главная дорога выбежала на равнину, разделилась на несколько тропинок и исчезла в траве. Потоптавшись, Були выбрал тропку, которая поднималась по каменистому склону, и отправился на разведку местности. Как ни суровы предгорья, он должен сбежать и сбежит обязательно. Не сегодня, но скоро. Как только выздоровеет, запасется едой и разузнает дорогу.
Тропу проложили бессчетные поколения диких животных и расчистили наа. Не совсем понятно, зачем, так как никакого особого военного значения она не имела и шла слишком высоко над долиной, чтобы быть связанной с добычей пищи. Но всякая тропа куда–то ведет, и Були не оставалось ничего лучшего, чем идти дальше.
Он взбирался уже около получаса и порядком вспотел, когда увидел сводчатый проход. Созданный естественным выветриванием, он был расширен: на стенах остались следы работы киркой. Через туннель доносились голоса.
— Почему нет? Не потому же, что ты девственница? Все племя знает, что у тебя была связь с Остроумом Писателем.
— Потому что я не люблю тебя. Это так просто.
— Не любишь меня? — недоверчиво переспросил первый голос. — Не любишь меня? А Писателя любила? Ты это пытаешься сказать?
— Да, именно это я и пытаюсь сказать, — решительно заявил женский голос. — Так что, убери от меня свои руки.
— А если не уберу? Что тогда?
Були нахмурился. Женский голос принадлежал Сладости Ветра. Насчет него не было никаких сомнений, и аромат духов, плывущий в его сторону, подтверждал это. Легионер прошел в арку и оказался на залитом солнцем уступе. Его глазам предстало потрясающее зрелище: аккуратно расстеленный плащ из шкуры дута и закуски для пикника. Появление человека вызвало весьма бурную реакцию.
Воин, крупный, здоровый и тяжеловооруженный, вскочил на ноги. Он носил набедренную повязку, портупею и сандалии на шнуровке. Его в общем–то красивое лицо было искажено яростью.
— Что ты здесь делаешь?!
Були почувствовал, как адреналин закипел в крови, и постарался держать себя в руках. Наа несомненно выиграет этот бой. Сержант отсутствующе улыбнулся и кивнул на панораму:
— Да вот, хочу посмотреть, что тут вокруг. Чудесное место для пикника. Могу понять, почему вы выбрали его.
— Да, — сказала Сладость Ветра, вставая. — Здесь прелестно. Но мы как раз собирались уходить. Не хочешь пойти с нами? Солнце скоро сядет, и дорога будет опасной.
Були без труда уловил благодарность в ее голосе и гнев на лице воина. — Хватит болтать. У меня полно дел. — Наа схватил лазерную винтовку, протопал через арку и стал топливо спускаться. Шкура дута и еда остались Сладости Ветра. Она начала укладываться, и Були поспешил помочь.
— Спасибо.
— За что? За то, что помешал вашему пикнику? Сладость Ветра остановилась и посмотрела на него.
— Как много ты слышал? Були сделал невинные глаза.
— Слышал? Я ничего не слышал. Сладость Ветра грустно покачала головой:
— Почему ты столько лжешь? Долгая—Езда мерзкий, но он говорит правду.
Були пожал плечами.
— Прости. Я не знал, что именно ты хочешь услышать.
— Правду, — тихо сказала Сладость Ветра. — Я хочу слышать правду. Ложь немногого стоит.
Були посмотрел на нее, стоящую на коленях на фоне необозримой пустыни, и слова вышли сами собой.
— Правда то, что ты самая красивая женщина, какую я когда–либо видел.
Она расцвела от удовольствия, которое быстро сменилось беспокойством.
— Ты не должен так говорить.
— Ты велела мне говорить правду.
— Это не правда, и кроме того, мы из разных рас.
— Не настолько разных, чтобы не видеть красоту друг в друге, — ответил Були.
— Больше не говори, — строго приказала Сладость Ветра. — Я запрещаю. Отец убил бы тебя, если бы слышал твои слова. И учти, человек: Долгая—Езда не посмеет причинить мне зла, но он, не колеблясь, причинит зло тебе.
— Ладно, — согласился Були, — но с одним условием.
— С каким?
— У меня есть имя, не такое прелестное, как твое, но все–таки имя. Оно взято из старинной песни. Мое имя Билл. Повтори.
— Билл.
— Хорошо. Давай договоримся, я не буду звать тебя «наа», а ты не будешь говорить мне «человек».
Сладость Ветра засмеялась. Легионеру понравилось, как заискрились ее глаза, и он почти опьянел от запаха ее духов.
— Будь по–твоему, Билл. А теперь пойдем. Скоро стемнеет, а тропа крутая.
Були помог ей упаковать вещи, взвалил на плечи шкуру дута и пошел за девушкой через арочный проход. Сладость Ветра спускалась по тропе с завораживающей грацией. Легионер не мог оторвать глаза от движений ее хорошенькой головки, покачивания узких бедер и мелькания ног из–под длинной юбки.