Я посмотрел на Ольгу. Она всё ещё дрожала, глядя на меня с ужасом. Она — ключ. И я этот ключ поверну.
— Мы с Варварой пытались их остановить, клянусь! — слёзы потекли по её щекам, оставляя тёмные дорожки на бледной коже. Она уже не пыталась их сдерживать. Плотина прорвалась. — Но они нас не слушали. Особенно мой брат. Пётр вообще вёл себя как-то… странно. Раньше он всегда ко мне прислушивался, а тут был словно сам не свой, одержимый этой идиотской идеей. Я подумала об этом только сейчас. Тогда была слишком пьяна, чтобы что-то понять.
«Брат вёл себя странно». Интересно. Возможно, он был не инициатором, а инструментом? Или находился под чьим-то влиянием?
Я достал из кармана упаковку салфеток и протянул Ольге. Она молча кивнула с благодарностью и принялась утирать слезы.
А за другими столами уже раздавались шепотки. За нами пристально наблюдали. Но мы говорили достаточно тихо, чтобы зеваки не услышали разговор.
— И вы просто ушли? — спросил я, мой голос был ровным, без тени сочувствия. Мне нужны были факты, а не её эмоции.
— Они присыпали тебя землёй — совсем чуть-чуть, для вида — и мы ушли, — она всхлипнула. — Все думали, что ты просто проснёшься через час, отряхнёшься и догонишь нас. Но ты… ты не пришёл. А утром все разъехались, и мы решили, что ты просто обиделся и уехал домой, не попрощавшись.
Милая, почти пасторальная история. Группа пьяных студентов случайно похоронила своего однокурсника. Классика жанра. Только вот «артефакт», который, по её же словам, притащил Лесков, никак не вписывался в эту картину. Это была не случайность. Это было спланированное действие, замаскированное под пьяную глупость.
— Значит, главные действующие лица — ваш брат Пётр и Николай Лесков, — я подвёл итог. Это был не вопрос, а вердикт.
Она молча, испуганно кивнула.
— Они оба поступили в «Белый Покров»?
— Только Пётр, — она вытерла слёзы тыльной стороной ладони. — Он сейчас в отоларингологии.
Ухо-горло-нос. Забавно. Специалист по тому, что можно услышать и сказать. Возможно, он действительно знает больше, чем кажется.
— А Колю не взяли, — продолжила она. — Он теперь работает в «Серебряном Кресте».
О, как интересно. Тот самый «Серебряный Крест», где заведует мой старый знакомый Гавриил Петрович, который так «любезно» вышвырнул меня, а потом направил сюда. Мир тесен. И полон удобных совпадений. Стоит навестить их обоих. Но начну с того, кто ближе.
— Спасибо за откровенность, Ольга, — я поднялся из-за стола, давая ей понять, что допрос окончен. — Ты мне очень помогла.
От неё больше ничего не добьёшься. Она рассказала всё, что помнила, вывернув свою душу наизнанку.
Да и времени терять больше нельзя. В Сосуде тридцать четыре процента. Расход никто не отменял. Пора было возвращаться к работе. И к планированию.
Но в её рассказе была одна нестыковка. При нашей первой встрече, здесь, в «Белом Покрове», Варвара посмотрела на меня так, словно увидела призрака. «Я думала, ты умер!» — прошептала она тогда. Не «пропал», не «обиделся и уехал», а именно «умер». Это значит, она знала или подозревала нечто большее, чем просто пьяный «розыгрыш».
Судя по состоянию Ольги, она выложила мне всю правду, как она её помнит. Она не врала. А вот её подруга Варвара, похоже, была куда хитрее и осведомлённее.
Значит, у меня три цели. Пётр. Николай. И Варвара. Но сначала — пациенты. Живые. И, надеюсь, очень благодарные.
Я оставил Ольгу наедине с мыслями. Её проблемы меня больше не волновали. Я получил то, что хотел — имена и направление для дальнейшего расследования. Теперь — работа. Я направился обратно в ординаторскую, мысленно переключаясь с тайн прошлого на загадки настоящего.
Ординаторская была почти пуста — обеденный перерыв был в самом разгаре. Лишь несколько врачей сидели по углам, уткнувшись в свои бумаги.
Я сел за свободный терминал. Компьютерная система клиники, основанная на гибриде магии и технологии, работала на удивление шустро. Я приложил палец к сканеру, который тускло вспыхнул зелёным, идентифицируя меня, и на экране всплыл список моих сегодняшних пациентов.
— Как его там… Аркадий Синявин, точно, — сказал я, открывая электронную карту больного от Сомова.
Результаты анализов, которые я назначил всего пару часов назад при осмотре пациента, уже были загружены в систему. Медсёстры в процедурном кабинете сработали оперативно — провели пациента по всем процедурам без лишних задержек. Я открыл первый файл.
ЭКГ, как я и ожидал, была идеальной. Ровный синусовый ритм, нормальная электрическая ось сердца. Никаких признаков ишемии или аритмии. Сердце работало как швейцарские часы. Значит, острую сердечную патологию можно было смело вычёркивать из списка подозреваемых.