– Что? – ошеломленно воскликнула я. – Это неправда! У меня есть…
– Закрой свой рот! – рявкнул на меня Дункан. Капельки слюны долетели до моей кожи, и я боялась, что он ударит меня. Непроизвольно я закрыла руками лицо.
– Заткни свою лживую пасть, иначе я сам заткну ее! – пригрозил он.
В поисках поддержки я посмотрела на Шона, но его, похоже, все это не очень интересовало, потому что он скучающе рассматривал свои сапоги.
– Лучше дай ей кусок хлеба. Если она умрет с голоду, тебе будет трудно извлечь из нее хоть что-то разумное, – тихо произнес он. – Девушка уже выглядит довольно измотанной.
Затем Шон развернулся и занял свое место у огня, даже не посмотрев в мою сторону. Вместо этого ко мне подошел черноволосый великан. Он заставил меня посмотреть ему в лицо, прямо в его темные, как ночь, глаза.
– С тобой я еще не закончил. Мы поговорим утром.
Я дрожала, оставшись наконец в одиночестве с темнотой этой ночи. Тепло костра больше не доходило до меня, и я свернулась калачиком, как младенец, чтобы хоть немного согреться.
Хотя Шон был рядом с другими мужчинами всего в нескольких метрах от меня, у меня не было ни единой возможности поговорить с ним. Как он может мне помочь – при условии, что он вообще поверит моей абсурдной истории, – если не знает, что на самом деле происходит? Измученная и отчаявшаяся, я закрыла глаза, хотя даже и не думала о сне.
Я испуганно вздрогнула, когда что-то влажное коснулось моей щеки. Барра подняла свою морду и свернулась у моих ног в теплый пушистый клубок. Росс тихо хихикнул и сел рядом со мной. Он открыл свою кожаную сумку и вытащил сверток, обмотанный тканью.
– Вот, это для тебя. Приятного аппетита.
Я поспешно взяла сверток и поразилась содержимому: холодная кроличья ножка, толстый ломоть хлеба и, ко всему прочему, сочный кусок ветчины. Рот наполнился слюной. И хотя это был не бургер с картошкой фри, ощущение счастья казалось таким же. Я одарила его благодарной улыбкой, прежде чем жадно набросилась на еду. Он снова хихикнул, а собака положила свою тяжелую голову мне на бедро. Как толстое пуховое одеяло, она согревала меня теплом своего тела.
Когда я съела все до последней крошки, Росс подал мне винный бурдюк, в котором не было вина, зато нашлась чистая вода. Поскольку я почти никогда не пила спиртного, в моем голодном состоянии, наверное, даже малейший глоток вина заставил бы меня опьянеть. Я с жадностью напилась воды и почувствовала себя словно заново рожденной. Я вытерла воду с подбородка и, немного смущаясь, посмотрела на мокрые пятна на моем платье, когда возвращала бурдюк Россу.
Росс понимающе улыбнулся мне, поднялся и отступил на шаг.
– Теперь спать.
Я кивнула и, прежде чем он успел отвернуться, собрала в кулак все свое мужество.
– Спасибо, Росс. Я…
– Хорошо, – он посмотрел мне в глаза. – Не делай глупостей ночью, меня не будет рядом, чтобы помочь тебе.
– Куда ты идешь?
– Дункан оставил меня в дозоре.
Я смотрела ему вслед, как он обогнул костер, возвышаясь над спящими мужчинами, и вскочил на своего коня. Вложив пальцы в рот и свистнув, он подозвал к себе собак и поскакал по равнине. Барра ненадолго подняла голову и покрутила ушами, прежде чем со вздохом снова зарыться мордой в складки моего платья. Я сидела неподвижно еще несколько минут. Нежно погладила по взъерошенной шерсти волкодава и посмотрела в звездное небо.
Шон Маклин лежал в нескольких шагах от меня. Я вытянула шею, чтобы рассмотреть двух шотландцев, лежащих рядом с ним. Однако ночная темнота не оставляла возможности разглядеть их лица. С тех пор, как в свете костра я увидела профиль Шона, в моей голове звучал один и тот же вопрос. Больше всего на свете мне хотелось громко прокричать его.
Пейтон Маклин, где ты?
Глава 13
– Athair!
Испуганный крик брата достиг его уха, и он собрал все свои силы, чтобы следующим мощным взмахом меча разоружить своего противника. Клинок со звоном упал на землю, и противник пошатнулся. Пейтон Маклин воспользовался этим моментом и приставил клинок к его горлу. Бой еще не закончился, но он должен был понять, что случилось с братом.
То, что он увидел, бросив короткий взгляд через плечо, заставило кровь застыть в его жилах. Нет, на земле лежал не его брат Кайл. Там был его отец, Фингаль.
Пейтон повернулся к израненному побежденному человеку и прижал лезвие еще крепче, так, что из разреза показалась густая красная капля крови.
– Исчезни! Никогда больше здесь не показывайтесь! И скачите быстро, иначе, если он умрет, я найду вас! И тогда вы пожалеете о том дне, когда решили украсть наш скот.