– Ты выглядишь такой неуклюжей, когда спотыкаешься в лесу, а то, как ты сидишь на лошади, вообще легендарно. У тебя врожденная элегантность горной коровы.
– Не могу в это поверить! Вчера нелестное сравнение с простой коровой, сегодня с горной коровой – что еще придет тебе в голову?
Вообще-то мне следовало обидеться, но Пейтон выглядел таким беззаботным, что я не могла на него сердиться. Видеть его таким после всего, что он пережил… Я не могла удержаться от того, чтобы не подарить ему небольшую улыбку.
Он подмигнул мне, перебирая травинку между пальцами.
– Мне приходят в голову совсем другие вещи.
Он пристально смотрел на меня, перехватив мой взгляд. Мне вдруг стало очень тепло, но, прежде чем я успела пролепетать какой-нибудь неловкий ответ, он сменил тему.
– Я обязан поблагодарить тебя за помощь моему отцу. Ты оказала нам большую услугу.
Я едва могла следовать за ходом его мысли. Только между нами проскочила искра, как он тут же сделал шаг назад. Я с трудом пыталась восстановить самообладание и не показывать ему, как сильно он меня смутил.
– Надеюсь, он поправится. Где он вообще получил эту травму? Я имею в виду, кто в него стрелял?
Пейтон отбросил травинку в сторону. Он вытянул свои длинные ноги перед собой и пошевелил пальцами. Его кожаные сапоги небрежно валялись рядом.
– Хороший вопрос. Что-то не сходится. Мы были в пути, чтобы поймать похитителей скота. Застукали их прямо на месте. – Он пристально посмотрел на меня, наблюдая за моей реакцией на его следующие слова. – Они носили цвета Кэмеронов.
Я села. Кэмеронов? Неужели вся эта история только началась? Видимо, я только что прошла какую-то проверку, потому что Пейтон продолжил говорить, и в его голосе слышалось облегчение.
– Если бы воры не стреляли, у меня бы не было сомнений в виновности твоего клана, но стрела, которая осталась в груди отца, озадачила меня.
Воровство скота, враждующие кланы, междоусобицы – все это казалось мне знакомым, и мне не понадобилось много времени, чтобы вспомнить слова Пейтона. Слова, которыми он поведал мне свою историю:
«Это случилось в 1740 году. Группа молодых шотландцев, которые доверяли своему брату – с одной стороны, потому, что любили его, с другой стороны, потому, что были связаны клятвой верности, – однажды вечером решили отомстить за кражу скота. В то время это было совершенно нормально. В горах кланы вели борьбу уже почти полвека. Времена были другие. В шестнадцать мальчики уже были мужчинами, работали, участвовали в битвах и умирали в бою. Кражи скота происходили часто – особенно когда соседний клан попадал в неприятности.
К тому времени клан Стюартов был ослаблен: глава клана недавно скончался, и его наследники были в шатком положении. Потому что не всегда старший сын автоматически был лучшим претендентом на роль главы клана. Из-за этого среди братьев и сестер шла ожесточенная борьба, когда дело доходило до этой темы. У старого Стюарта тоже был старший сын, Каталь, который был избран главой клана после своего отца, и люди присягнули ему на верность. У него были братья, и если бы он не смог защитить свой клан, то вполне возможно, что борьба за власть произошла бы в стенах его родного дома. Кражи скота, которые в то время происходили на границе земель Каталя, легко могли привести к расколу клана. Он не мог этого допустить. Поэтому той ночью около двадцати человек решили нанести визит враждующему клану. Но с самого начала эта затея была не очень успешна».
– Если это были не Кэмероны, то кто? – Мое сердцебиение ускорилось. Индиана Джонс во мне чуял загадку, которую нужно было решить. На самом деле, ни в одном из своих приключений Инди не оказывался в подобной ситуации. В моей истории не стоило ожидать неотвратимого хеппи-энда. Слишком много жизней было поставлено на карту, выжить могли только победители.
– Да, lassie, этот вопрос тоже не выходит у меня из головы. Но я уже видел многих воров скота. Ни у кого из них не было колчана стрел, усиленных металлическим наконечником. До сих пор мы считали, что крестьяне Кэмеронов воруют наш скот, как это уже не раз случалось между враждующими кланами на протяжении десятилетий. Но они не могут позволить себе такие стрелы.
Я вспомнила тот момент, когда вытащила наконечник. Сыновья Фингаля выдохнули. Тогда я ни о чем таком не подумала, приняв это за облегчение.
– Почему? Для чего, в таком случае, используются эти стрелы?
– При охоте на зайцев или птиц простые заостренные стрелы хорошо делают свое дело. Каждый крестьянин носит с собой такие стрелы. Так что если бы в кражах были повинны простые воры скота, то их деревянные стрелы не так сильно навредили бы моему отцу. Металлические наконечники с такой пробивной силой, как в груди у моего отца, обычно используют солдаты на поле боя. – Он слегка отодвинул свою накидку в сторону и указал на свою грудь. – Для того, например, чтобы пробить нагрудник воина.