– Стюарты? Я говорю о Россе и его братьях, – смущенно пояснила я.
Неужели мое путешествие привело меня не только в другое время, но и в другое место? Это возможно? Пришлось подумать и о таком, потому что с кладбища ничего не было видно. Но вода… Я точно помнила туман, который, как мне казалось, поднимался над берегом озера. Я нахмурилась, пытаясь вспомнить.
– Росс и его братья – Стюарты. Иначе зачем им было брать тебя в плен?
Теперь я вообще ничего не понимала. Я села на кровать, а Пейтон подошел к шкафу, где налил мне виски в чашу и подал ее мне.
– Росс сказал мне, что его фамилия Гэлбрейт, – размышляла я вслух, осторожно потягивая напиток.
Пейтон наполнил чашу и себе.
– Верно. Но Дункан и Дугаль – Стюарты. Правда, у них с Россом одна мать, но их отцом был Грант Стюарт. Глава клана. Вскоре после рождения обоих он признал их своими сыновьями, дал им свое имя и взял их к себе в замок.
– Но…
Я уже не знала во что верить. А где же тогда мужчины забрали меня? Надо спросить об этом Росса, чтобы знать, где искать путь назад в свое время.
Пейтон бросил взгляд на дверь. Снаружи в коридоре послышались голоса.
– Мне нужно идти, – с сожалением сказал он. – Поспи немного, а завтра мы все выясним.
На самом деле тяготы последних дней невероятно вымотали меня, а чистая мягкая постель была настоящим соблазном. Я подавила зевок, пытаясь возразить, когда Пейтон направился к двери.
– Мы не можем делать перерывов, – слабо протестовала я. – Я должна спасти тебя. На карту поставлено твое будущее.
– Клянусь любить тебя вечно, даже если тебе не удастся спасти меня.
Он вытащил свой Sgian dhub из-за пояса.
– Я клянусь тебе… – сказал он и сделал надрез на своей ладони, – … простить тебя, если ты не сможешь этого сделать. Любить тебя, несмотря ни на что, и умереть с надеждой, что я достоин твоей любви.
Окровавленный кинжал опустился в виски, а затем упал на пол, оставленный без внимания, когда Пейтон поднес чашу к своим дрожащим губам.
– Пейтон, я…
Я хотела заверить его, что сделаю все, чтобы спасти его, что мне не нужны его клятвы, потому что я не намерена потерпеть неудачу. Но втайне я знала, что гарантии нет. Я также знала, что нет смысла торопить события. Сегодня уже ничего нельзя поделать.
– Ты прав. Но если ты думаешь, что эта клятва что-то изменит, то…
– Я так не думаю. Меня успокаивает то, как серьезно ты относишься к своему делу, – пробормотал он, нахмурившись. – Выпей все-таки, а потом поцелуй меня в последний раз, прежде чем я уйду, – потребовал он.
И, повинуясь, как марионетка на нитях судьбы, я сделала это.
Глава 24
Стук в дверь вырвал меня из сна. Воздух в комнате был ледяным, и моим босым ногам стало холодно на полу, когда я, завернувшись в одеяло, направилась к двери. Я приоткрыла ее и удивилась, увидев служанку с подносом.
– Madain math. Лорд прислал вам это и велел спросить, не нужно ли вам что-нибудь еще?
Я взяла поднос с овсяными лепешками, медом, чайником чая и карамельным яблоком и покачала головой:
– Нет, спасибо. Передайте ему мою благодарность и заверьте, что у меня есть все, что мне нужно.
Девушка поклонилась, прежде чем оставить меня наедине со вкусностями, и ушла.
Щедрость Фингаля удивляла меня. На мне была чистая ночная рубашка, была миска для умывания с кувшином свежей, хоть и холодной воды, и даже маленький кусочек мыла, пахнущего еловой хвоей. К тому же мягкие одеяла, и красивая комната, и этот богатый завтрак…
Все это, несомненно, было расточительной роскошью для многих людей того времени. Так почему же он так ко мне относился?
При мысли о том, каковы были планы Блэра относительно моего содержания, меня это удивляло еще больше. Заключенные должны быть в подземелье, и их не приглашали за стол. Что еще больше поразило меня вчера, когда я почувствовала враждебные взгляды обитателей замка Буррак.
Продолжая размышлять, я наслаждалась восхитительным вкусом овсяной лепешки, намазанной медом, а также яблока и горячего чая, прогнавшего холод у меня изнутри.
Я почувствовала себя новым человеком, когда съела все и надела зеленое платье госпожи Маккуарри. На это я решилась по той простой причине, что оно было самым теплым. Тем не менее я бы все отдала за то, чтобы влезть в джинсы и толстовку с капюшоном. Когда же они, наконец, будут изобретены?
Я открыла окно. Холодный чистый утренний воздух ворвался внутрь, предвещая солнечный день. Небо было чистым и безоблачным. Как всегда. Теперь, когда мне больше не приходилось проводить целый день в пути на лошади, дождь прекратился. В последние дни мне очень хотелось такой погоды, и я радовалась первым солнечным лучам, которые, как волшебные мазки, освещали горизонт оранжево-красным светом. Вершины Грампианских гор зарделись красным. Это было невероятно красивое зрелище. Один из тех волшебных моментов, которые встречались мне только в Шотландии.