Он вытащил из-за пояса кинжал и сунул его мне под нос.
У меня закружилась голова. Я узнала узор переплетенных орнаментов. Он был знаком мне из моего видения. Этот кинжал не только отнял жизнь его матери, но и принесет смерть Россу. Я рванулась назад и споткнулась.
– Оставь меня! – закричала я. Нужно было держать дистанцию между нами, боясь, что в противном случае совершенно беспричинно кинжал окажется в его сердце. – Убери оружие, Росс! – умоляла я.
Так же быстро, как он его вытащил, кинжал скрылся в ножнах, и Росс поднял руки.
– О, tha mi duilich, – извинился он. – Я не хотел тебя пугать. Думаю, нам достаточно ягод. Давай вернемся в замок и посмотрим, сможем ли мы обменять их на холодное жаркое, – предложил он, явно стараясь смягчить напряженный разговор.
– Подожди! У меня есть еще один вопрос, Росс, – задержала я его, хотя по рассказанной истории поняла, что правдивых ответов ждать не стоит. Чего бы Росс ни знал, он не станет делиться со мной. Юноша молча смотрел на меня.
– Неужели ты думаешь, что тот, кто когда-то лежал у ног своих врагов, станет тем, кто держит кинжал? Не останется ли он навсегда тем, кто чувствует лезвие у своего горла?
– Если изловчиться, Сэм, то можно использовать кинжал, направленный на тебя, против твоих врагов. Элемент неожиданности дает преимущество.
Глава 25
Серая башня замка Гальтайр приветствовала его издалека. Каталь Стюарт с облегчением вернулся домой, хотя никаких успехов он не достиг. Ни воров скота, ни похищенных животных они не нашли. В приграничных землях царило удивительное спокойствие, если не считать того, что с каждым днем все больше крупного рогатого скота бесследно исчезало.
Мужчины галопом въехали во двор замка, и Каталь спрыгнул на землю еще до того, как лошадь остановилась.
– Fàilte, милорд! – поприветствовали его конюхи и перехватили поводья.
– Где Натайра? Почему она не вышла поприветствовать меня? – спросил он.
– Леди уехала в замок Буррак. Гонец принес весть о ранении лорда, и она тотчас же разрыдалась. Госпожа боялась, что он может умереть, и очень хотела посмотреть на его состояние, – поделился информацией слуга.
Каталь кивнул. Даже если ему срочно нужно было переговорить с сестрой, мужчина обрадовался, что она рядом с Блэром. Тем более что белокурый великан Аласдер Бьюкенен был здесь, с ним.
– Каталь, на одно слово! – крикнул тот ему.
– Что такое, mo charaid?
– Я хотел поговорить с тобой по очень важному и личному делу, – пояснил Аласдер, поглаживая себя по рыжеватой бороде.
Каталь подавил ругательство и вместо этого небрежно кивнул. Он попросил человека с северными корнями сопровождать его, когда тот проходил через двор в зал. Мужчина боялся, что уже знает, что хочет обсудить его товарищ. В конце концов, он не случайно поручил ему в последние три месяца охрану границ на другом конце земель Стюартов.
Каталь был в курсе интрижки между Аласдером и его красавицей-сестрой. Но, как бы Каталь ни любил Натайру, он все же не мог обращать внимание на ее романтические чувства, когда речь шла о благе клана. А клану нужен был крепкий союз с Маклинами, чтобы обеспечить прочный мир.
Поэтому ей придется выполнить свой долг и вскоре выйти замуж за его лучшего друга и важного союзника Блэра Маклина. Если бы это зависело от него, было бы лучше, если бы Аласдер вовсе не встречался с его сестрой.
– В чем дело, Бьюкенен? – спросил Каталь, когда они шли бок о бок.
– Ну, это дело первостепенной важности для меня, и я не хотел бы обсуждать его впопыхах. Я хотел поговорить с тобой формально, как полагается, – сказал Аласдер.
– Конечно. Предлагаю тебе завтра прийти в мой кабинет, и ты расскажешь про свое дело за кружкой пива.
Каталь был рад отсрочке, потому что ему предстояло решать совсем другие проблемы. Он должен был собрать самых влиятельных людей своего клана, чтобы успокоить их, прежде чем голоса тех, кто поставил под сомнение его лидерство, перевесят.
– Аласдер, ты мог бы оказать мне услугу и незаметно расспросить людей. Мне нужно знать, сколько еще мужчин последует за мной, а от кого можно ждать ножа в спину, – попросил Каталь, хотя и боялся, что сам Аласдер может быть против него, если он лишит его руки Натайры. Но пока собеседник этого не знал, Каталь мог быть уверен в нем.
– Да, понял. Поговорю с людьми.
Аласдер остался в зале, и Каталь почувствовал его взгляд на спине, когда он, проходя мимо портретов своих предков, поднимался по ступеням к своим покоям.
Мужчина захлопнул за собой дверь и обессиленно рухнул в кресло. Последние дни оказались напряженными и не увенчались успехом. Как это часто бывало, он проклинал отца за отсутствие дальновидности. Неужели Грант не мог подумать, какому давлению подвергает своего сына? Каким шатким будет право Каталя на власть?