— Я уже говорил тебе, что характер у тебя не сахар? Зачем ты мне вообще предлагаешь такое? — подобное предложение возмутило меня до глубины души. — Я наверное самое предвзятое лицо на сотни миль округи! Найти кого-то другого и поручай ему подобную грязь.
Кайл не стал отвечать сразу, вместо этого достал трубку и выдохнул дым. Затем он медленно развернулся ко мне и подошёл в упор, смотря мне прямо в глаза. Я взгляда не отвёл, хотя то что пришлось увидеть в глубине его зрачков… это было жутко. Всё же Кайл не был моим другом, хоть и часто это повторял. Он не был и святым паладином, как и защитником угнетённых. Даже человеком он не был, ведь такого взгляда и глаз у людей нет.
И дело тут не в цвете радужки. Просто Кайл всегда был в первую очередь ревнителем Ароса, самым яростным и беспощадным. Он пёс инквизиции, который ради достижения цели легко пожертвует женщинами, стариками, младенцами. Он задушит их собственными руками, а затем умоется кровью и не поменяется в лице, после чего сделает то, что должен. Какой груз накопился на его души за столько времени? Был ли он психически глух или в какой-то момент утратил человечность? Об этом можно было лишь догадываться.
— Друг мой. Лучше тебя с этой задачей никто не справится как раз потому что ты её хорошо знаешь. А я уже достаточно хорошо знаю тебя. И хоть ты сам себя пока что не успел узнать, но мне предельно ясно, что красивые глазки и золотые локоны не спрячут от тебя монстра. Я же не ошибаюсь, друг? — голос Кайла изменился до неузнаваемости, таким я его не слышал никогда. — Очень надеюсь, что не ошибаюсь, ведь в таком случае погибнут десятки тысяч, а может и миллионы. Тут уж как строптивая стерва-судьба кости бросит. Но спроси себя, стоят ли твои личные проблемы, заскоки, какие-то выдуманные принципы и двойные стандарты этого? Это неприятно и больно, да вот только…
Кайл отвернулся и посмотрел вниз на площадь, где шло празднование. Радостные дети веселились под тёплыми взорами родителей, старое поколение скромно наблюдало с балконов и с блеском в глазах предавались ностальгии. Кто-то даже проводил церемонию обручения или создавал первый поцелуй. Так много жизней, так много судеб, невероятное количество радости и веселья…
И всё может быть оборванно уже завтра или прямо сейчас. Гонец принесёт весть о сборе знамён, некромант-самоучка выпустит на охоту кровожадную химеру или чернокнижник создаст новый вид чумы, после чего город придётся предать огню вместе со всеми живыми. Испортить эту идиллию может что угодно, даже обычный маньяк, если стража проглядит его пустой взгляд, прикованный к потенциальной жертве.
— Я не приказываю тебе и ты волен отказаться. Твоё право, Алексиар, — произнёс Кайл и направился к мезонину, который соединял крышу и верхний этаж. — Делай, что считаешь должным.
Глава 11
— Накормить, почистить, обоих, — дал я команду конюху и бросил горсть монет.
Конюх едва успел поймать серебро, но такому обращению не обиделся, ведь во-первых привык, а, во-вторых, знал кто я и видел что я спешу.
Быстрым шагом я отправился уже к главному дому поселения Вермилион, а впереди меня помчались детишки. Они были везде и следили за всем, вовремя предупреждая нужных людей или нелюдей. Да уж, недооценивать Рину было большой ошибкой, однако в любом случае я не собирался проникать сюда тайно. Хотя если Кайл прав, то она прямо сейчас может успеть скрыть какие-то улики.
— Проклятье, — зло буркнул я и достал трубку из кармана. — Когда всё успело стать таким сложным? И ещё бесячим…
Да, бесячим в первую очередь. Моя нормальная жизнь стремительно катится в тартарары! Я хотел учиться и освоить новую профессию и тут оказывается, что мне это очень тяжёло даётся! К тому же само обучение явно не сахар и оно некоторым учителям не нужно от слова совсем. Не ходят на занятия, плюют на учеников, но денюжки с радостью берут!
Так теперь ещё приходится на Кайла работать, заниматься этим дознавательским дерьмом. А я не хочу быть инквизитором или его помощником, в гробу я видел такие профессии после которых о спокойном сне можно забыть. Да вот только всем плевать, чего я хочу и есть лишь мои возможности вместе с суровой действительностью.
В довесок ко всему этому вскрывается, что мне нужно ещё и видеть потенциальных врагов в тех, кого я уже почти мог бы назвать другом или подругой, по крайней мере любовницей уж точно. И тут вне зависимости от конечно результата я буду мудаком, вопрос только в том по какой причине.
А всё разумеется ради всеобщего блага, о которое уже завтра каждый жителей этого поселения и Кролир вытрет ноги, попутно кинув в мою рожу коровьим дерьмом. Ведь народу плевать на то, что будет в перспективе, на то что я спасу их от очень опасного врага. Их будет волновать только то, что я сделаю с их любимейшей целительницей, которая спасает в день по тысяче детей. Условно.