— И какая у нас тема для разговора? — поинтересовался я.
— Ну… это… тут как бы… — неожиданно заюлил парень, и мне пришлось сжать его посиневший «рубильник» ещё сильнее. — Деньги… Деньги! Мы пришли требовать денег за безопасность!
— Ого… У нас в Империи у полиции новую униформу приняли? Передайте вашему кутюрье, что со вкусом у него плохо. Я бы даже сказал, что очень, очень плохо.
— Нет… Нет… Мы не из них, — зачастил Седой. — Мы это… как бы сказать… Следим, чтобы дома не горели… Тут всякое случается…
— А-а-а, вымогатели. Парень, ну что же ты сразу не сказал? — я добродушно рассмеялся и слегка ослабил хватку.
— Так вы сразу начали… А-а-а!
— Ты меня сейчас в чём-то обвинил? — с изумлением спросил я. — Или мне послышалось?
— Послышалось! Послышалось! — заорал парень, чьи щёки продвинулись ещё на пару миллиметров вглубь.
— Старею, похоже, слух уже подводит, — вздохнув, покачал я головой. — Что же, тогда продолжим. Я так понимаю, твой руководитель решил обложить род Серовых налогом. Как же зовут этого храброго сердцем человека и в какую сумму он оценил спокойствие нашего рода?
В глазах Седого я на мгновение увидел пугающую пустоту. Однако потом всё же послышался скрежет шестерёнок, и, спустя несколько секунд, мозг, смазанный болью и унижением, начал работать.
— Воробей… Нас Воробей прислал! Такса — десять кусков в месяц! — товарищи за спиной Седого неодобрительно зашумели, однако я их проигнорировал.
Впрочем, как и сам Седой. Парню выпирающие части тела явно были дороже бандитских псевдопонятий о братстве и взаимовыручке.
— Везёт же мне последнее время на пернатых. Так и запутаться недолго… — покачал я головой. — В миру Воробушка как именуют, друг ты мой седовласый?
— А? А-а-а! А-а-а! Воробьёв Юрий! Юрий Александрович! А-а-а… — парень заскулил, напоминая побитую собаку со слезящимися глазами.
— А, тот самый Воробей, — я сделал удивлённое лицо, будто уже слышал фамилию этой, несомненно, гордой птицы. — Что же ты сразу не сказал?
— Но… — Седой было открыл рот, однако, видимо, уроки, приправленные болью, он усваивал хорошо, поэтому продолжать не стал.
— Ну раз вас прислал сам Юрий Алексеевич…
— Александрович, — прогундосив, поправил меня Седой и тут же в страхе сжался.
— Да, да, Александрович. Именно он, — кивнул я. — Так вот, раз сам Воробьёв защиту предлагает, то, конечно, я заплачу. Так что побудьте пока здесь, я за деньгами схожу.
— Чё? — непроизвольно вырвалось у Седого, а его подручные удивлённо переглянулись.
— Правильно говорить не «чё», а «что». До чего необразованная молодёжь пошла… — с грустью в голосе произнёс я. — Ждите.
Я отпустил нос Седого и почти повернулся в сторону дома. Однако прежде чем уйти, ударил по рукам парня, попытавшегося высвободиться из плена прутьев.
— Я сказал ждать, — недовольно произнёс я. — Увижу, что высвободился, засуну ещё глубже и прутья сожму. Будешь до вечера так стоять. Понял?
В ответ Седой заугукал, при этом умудряясь ещё и поскуливать.
Удовлетворившись этими звуками, я направился в дом, где меня в прихожей уже поджидала Дарья.
— Максим, они тебе ничего не сделали? Чего они хотят?
— Как и большинство в этом мире — денег, — я разулся и направился к мастерской, где лежал кошелёк.
— Они тебе угрожали? — Мышь обогнала меня и, остановившись у двери ещё раз, окинула меня взглядом, убеждаясь, что я целый. — Давай вызовем полицию! Они их заберут…
— Потом отпустят, и к нам в гости снова кто-нибудь придёт, — покачал я головой, вынимая из бумажника свежие купюры. Только вчера в банкомате снял. — Так что придётся разбираться по старинке…
— Какой такой «старинке»? — с подозрением поинтересовалась Мышь, глядя, как я медленно пересчитываю деньги. — Ты действительно решил им вот просто так отдать деньги, которые зарабатывал бессонными ночами?
— Боги рекомендовали делиться, сестрёнка, — улыбнулся я. — Конечно, они ещё рекомендовали плодиться и размножаться, но та четвёрка определённо не в моём вкусе.
— Максим, я серьёзно! — Мышь нахмурилась, и я всерьёз задумался, что ещё пара месяцев, и у девушки появятся первые мимические морщины.
Надобно какое-нибудь заклятие для тонуса кожи придумать, ибо хмуриться Дарье вскоре придётся ещё чаще.
— Я с этим разберусь, Дарья, поверь. А ты, вместо того чтобы грузиться по пустякам, лучше иди домашнее задание сделай.
— Я его ещё в школе выполнила, а завтра — выходной, — буркнула девушка.
— Вот и молодец, тогда можешь прибраться на кухне, — я улыбнулся и, увернувшись от выпада сестры, отправился обратно к визитёрам.