Чехова же сейчас наглядно показывала, почему была не на последних ролях в своей гильдии. Одного взмаха её руки было достаточно, чтобы превращать наших врагов в пыль, но что-то мне подсказывало, что долго это не продлится. Она должна подготавливать заклинания, и пусть на четырех звездах их у девушки, скорее всего, несколько десятков, но число врагов гораздо больше.
Я прыгнул на одного из механических стражей, рубанул по корпусу мечом и одновременно использовал “Разрушение брони”, а дальше в дело вступила Марина, добивая машину точным выстрелом. Очень быстро мы с ней начали действовать в паре. Я разрушал броню способностью меча, она добивала.
Но несмотря на все старания, вообще не возникало ощущения, что их становится меньше. Я прыгал, бил, уклонялся порой в самый последний момент. Чехова поливала стражей огнем и молниями, обрушивала на них целые бури, а Марина без остановки стреляла взрывными болтами, но казалось, что всё это не имеет вообще никакого значения.
— Варя! Надо уходить! — крикнул я. — Их слишком много! Мы не продержимся долго!
Я видел, как недовольно девушка цокнула языком, творя очередное заклинание. С её рук сорвался огненный шар, ударивший в скопление врагов и взорвавшийся, разнося их на куски. Кажется, ранкер вошла во что-то вроде боевого ража, нанося удар за ударом, и не прислушивалась к моим доводам.
— Мы не можем уйти с пустыми руками! — крикнула она в ответ.
— А мы и не уйдем! — ответил я, перекатом уходя из-под атаки прыгнувшего существа и подхватывая какой-то проклятый предмет в виде стимпанковской шляпы потрепанного вида.
Её я тут же закинул в пространственный карман.
— Стас! — воскликнула Марина, хватая какую-то непонятную цилиндрическую штуковину, после чего бросила её мне.
Тоже отправим это в пространственный карман.
Мы постепенно стали отступать обратно к лестнице, пытаясь забрать все, что попадется под руку, но в итоге смогли вытащить около десяти проклятых предметов к тому моменту, когда нас все-таки вытеснили из “музея”. Одновременно с этим где-то в недрах этого места послышался гул, а затем частые толчки, от которых это все вокруг стало ощутимо содрогаться.
Толчки становились все ближе, словно к нам приближалось нечто огромное.
К тому моменту почти весь этаж кишел этими механическими тварями. Они были на стенах, на потолке, и сколько бы мы не убивали их, казалось, что они только прибывают.
К сожалению, у нас без травм во всей это круговерти не обошлось. Марине рассекли бедро, у меня был глубокий порез на спине, щеке и голени. Чеховой рассекли лоб, едва не выбив глаз. Мне удалось ее дернуть на себя буквально в последний момент, боюсь иначе мы могли и вовсе остаться без ведьмы. Положение становилось все более опасным, но на наше счастье твари перли только с этого этажа, и несмотря на то, что некоторые по внутренней поверхности полой колонны пытались отрезать нам путь, мы с Мариной эффективно его расчищали, пока Варвара держала врагов на расстоянии своей магией.
Когда мы оказались уже на вершине второй лестницы, и до двери, ведущей в психоделический лабиринт, из которого мы вышли недавно, оставалось всего-ничего, справа от нас показалось нечто гигантское. Оно занимало собой всю полость колонны и выглядело как те существа, с которыми мы бились, но раз в пятьдесят больше.
Вот только этого нам не хватало!
Чехова тут же ударила по нему магией. Сотни самонаводящихся снарядов попали существу в голову, заставив пошатнуться, но броня даже не треснула.
— Вот *****! — охнула Варвара.
— Нет времени пялиться! — крикнул я, хватая её за руку и потянув за собой.
Маска машины раздвинулась, обнажая огромное дуло шириной метров пятнадцать, от вида которого заледенела кровь. Снаряд, выпущенный из такого оружия, щитом уже никак не остановишь.
К счастью, из-за габаритов это существо было не очень быстрым, так что выстрел пришелся вовсе не на нас, а на гнавшихся за нами мелких стражей, но вряд ли эту машину волновал дружественный огонь. В отличие от малых машин, большая стреляла не импульсом, а лучом, так что нам приходилось бежать со всех ног, ощущая позади жар гигантского лазера.
В дверь мы буквально влетели, спрятавшись за её створками и ощущая нестерпимый жар огня. К счастью, под рукой был тот самый рычаг, с помощью которого Марина открыла нам проход. Дернув его, я заставил дверь закрыться.
Щелчок, и дверь захлопнулась, погрузив нас в оглушающую тишину. Все посторонние звуки как отрезало, будто все, что мы только что пережили, нам привиделось.