Затолкав Адрию обратно в камеру, мы принялись ждать. Впрочем, совсем недолго — не прошло и получаса, как нас почтил своим присутствием никто иной, как Пьер Кристофф.
— Что, попалась, злодейка?! — довольным тоном сказал Пьер, который, похоже уже чувствовал себя здесь полновластным хозяином и новым бароном. Впрочем, не удивительно, он же единственный законный наследник. Будущий барон уже даже успел сменить свое одеяние священника на одежды воина, а на поясе у него висел меч. — А я ведь говорил моему несчастному племяннику, чтобы он не связывался с ведьмой! Что нельзя заигрывать с силами тьмы! Но Филипп, упокой Господь его душу, был иногда таким упрямым… К тому же он так сильно любил свою жену Аврору, что был готов схватиться за любую соломинку — даже такую нечестивую, как эта! — он смерил презрительным взглядом Адрию. — Но ничего — очень скоро ты ответишь за все свои преступления!
— И в чем же меня обвиняют? — наконец-то осмелилась спросить Адрия. — Я ведь всего лишь лечила жену барона!
— Которая, как известно, была одержима демоном! — подхватил Пьер. — Ее следовало лечить специально обученным для такого рода случаев священникам-экзорцистам, а не деревенской ведьме! Они смогли бы изгнать демона, и сейчас баронесса была бы в добром здравии, такой же, как и раньше. Ты же не только не изгнала демона, но и убедила всех, что баронесса здорова. По всей видимости, ты просто заключила сделку с этим дьявольским созданием, которое захватило тело несчастной Авроры, убедив его на какое-то время притвориться, сделать вид, что Аврора здорова. С нее сняли цепи, выпустили из комнаты. А когда она осталась с бароном наедине, то демон заставил Аврору схватить кинжал и заколоть несчастного барона. Тебя успели схватить, поместили в камеру. Но ты каким-то образом отравила тех стражей, которые должны были тебя сторожить. Теперь на твоей черной совести целых четыре загубленные жизни — Аврора хоть и осталась жива, но до конца дней своих проведет в молитвах и покаянии в одинокой келье. Ведь ее руки обагрены кровью ее собственного мужа!
— Да, да, — продолжал будущий барон глумиться над несчастной заключенной, — очень скоро ты сгоришь на костре, и твоя нечестивая душа отправится прямиком в ад! Обычно рассмотрение подобных дел занимает намного больше времени, но к счастью, у меня есть кое-какие связи. Глаз с нее не спускайте, — приказал он стражам. Затем его взгляд остановился на мне. — Ты, пойдем со мной!
Мне пришлось проигнорировать откровенно умоляющий взгляд Адрии, который она в отчаянии бросила на меня, и выполнить приказ Пьера. Тот привел меня в просторную комнату, по всей видимости служившую кабинетом предыдущему владельцу замка. Кстати комната отнюдь не пустовала — за роскошным деревянным столом, на хозяйском стуле сидела красивая молодая женщина. Ее карие глаза с некоторым любопытством уставились на меня, и я на мгновение ощутил какую-то необъяснимую тревогу. Было в ней что-то такое… необычное. Затем она заговорила:
— Простите, что я тут так вольготно расположилась, Пьер, — ее голос был приятным и очень спокойным. — Не знала, что вы приведете с собой гостя. Я вас сейчас же покину, чтобы вы могли заняться своими делами.
— Ну что вы, что вы, леди Регина! — каким-то подобострастным и даже заискивающим тоном произнес будущий барон. Со стражниками он разговаривал совсем по-другому. — Оставайтесь, вы нам нисколько не помешаете — я всего лишь хотел выдать молодому человеку его заслуженную награду.
— Вот как? — с интересом спросила леди Регина. — И что же он такого сделал, чтобы заслужить награду?
— Поймал ту мерзкую ведьму, которая погубила моего несчастного племянника.
— Какой же вы смелый! Не побоялись в одиночку схватить ведьму! — казалось искренне восхитилась леди.
Она легко и грациозно встала из-за стола и подошла ко мне почти вплотную. Ее глаза так и впились в мои, а затем она сделала что-то уж совсем необычное — провела ладонью по моей щеке. На меня вновь нахлынуло очень странное чувство — какая-то смесь тревоги и неземного блаженства одновременно. Но прежде чем я успел понять, что же это такое было, она тяжело вздохнула, убрала руку и зачем-то сунула ее в широкий рукав своего платья. Впрочем, зачем тут же стало понятно — она извлекла оттуда небольшой, но весьма острый кинжал и, прежде, чем я успел среагировать, несколько раз ударила им меня в живот!
— Добей его, быстро! — отскочив от меня подальше, прошипела она оторопевшему Пьеру. — Ты хоть знаешь, кого ты привел?!
Но Пьер медлил, явно не понимая, что происходит. Тогда Регина опять кинулась на меня сама. Но на этот раз я был уже готов — перехватил ее руку с летящим к моему горлу кинжалом, вывернул и заставил бросить такое маленькое, но такое опасное оружие. Затем отшвырнул от себя. Да так сильно, что она отлетела прямо в противоположный конец комнаты. Впрочем, она тут же вскочила на ноги, посмотрела на меня испепеляющим взглядом, а затем развернулась и выпрыгнула в окно!
— Госпожа! — ахнул наконец-то пришедший в себя Пьер и бросился за ней следом. Вот только на полпути я опередил его и оттолкнув, посмотрел на вымощенный камнем двор замка. Как это ни странно, тела Регины там не было.
— Сейчас ты мне все расскажешь! — зловещим тоном сказал я окончательно потерявшему всю спесь и гонор Пьеру. Тот сглотнул, посмотрел на мои раны, которые должны были убить меня и из которых уже даже перестала сочиться кровь и начал торопливо говорить.
Из его весьма путанного и сбивчивого рассказа я, задавая время от времени уточняющие вопросы, узнал следующе. Пьер был младшим сыном, поэтому его брат Карл получил титул и земли, а он был вынужден принять сан священника. Шли годы, и вот замок после смерти Карла достался уже его сыну Филиппу, а Пьер так и не сделал хоть сколько-нибудь значимой карьеры в Церкви. Не стал он ни епископом, ни аббатом, не говоря уже о кардинальском сане. Все, что ему удалось, так это подняться до должности каноника, а между тем, ему уже пошел пятый десяток. И это в то время, как его племянник наслаждается богатством и властью, которые могли бы принадлежать ему!
Однажды Пьер сопровождал епископа во время поездки по отдаленным монастырям и приходам. И от скуки просматривая книги в библиотеке одного из монастырей он совершенно случайно на самой дальней и пыльной полке наткнулся на одну очень особенную книгу. Как она туда попала — один только Бог и ведает. Может, после того как ее предыдущий владелец отдал этому самому Богу душу, ее поместили сюда на временное хранение, перед тем как переправить в особые церковные архивы. А потом так и забыли — ведь судя по толстому слою пыли вокруг ее уже очень давно никто не трогал. Может ее специально оставили в качестве учебного пособия, для изучения. Чтобы будущие экзорцисты лучше знали своего врага.
Да, это была книга демонолога — то есть книга, учившая науке как вызывать демонов и заставлять служить их себе. Пьер и сам не знал, что же заставило его воровато оглянуться по сторонам, а затем быстро спрятать книгу под рясу. Так или иначе, монастырская библиотека недосчиталась одной книги, а он получил крайне интересный материал для чтения по ночам.
Шли годы, но он так и не решался попробовать какой-нибудь ритуал из этой книги — ведь даже просто читать про такие вещи и то было страшно. Так оно и длилось, до тех пор, пока он не принял приглашение приехать в гости от своего племянника.
Ехал-то он со вполне обычными намерениями, зато уже к концу первого дня после приезда его начали обуревать черные мысли. Зависть терзала его сердце — подумать только ведь все это богатство могло принадлежать ему! И только потому, что он родился вторым, сначала его брат, а затем и племянник наслаждаются всем этим, а он вынужден прозябать, живя жизнью священника. Вот если бы с его племянником и его женой что-нибудь случилось… Детей-то у них пока не было, и это значит, что он, Пьер, остался бы единственным законным наследником…
Сначала он испугался таких греховных мыслей. Но на следующий день, когда его племянник устроил пир в его честь и спьяну начал хвастаться какое количество дани он получает от окрестных деревень и городков. Мол сундуки так и ломятся от золота. А рядом сидела его красивая молодая жена. Нет, Пьер к Авроре был вполне равнодушен — но не прими он сан и обет безбрачия, сейчас рядом с ним тоже могла бы сидеть какая-нибудь красивая молодая девушка…