Его глаза вспыхнули, как угли в камине. В их глубине я увидела такое неприкрытое желание, такую ярость, что мне стало трудно дышать.
"Дорогой дневник, кажется, я только что официально потеряла рассудок. Или нашла его, в совершенно извращенной форме. Я не просто нарушила личное пространство – я совершила набег на вражескую территорию, оставив за собой лишь хаос и сломанные моральные принципы. Я в комнате Демьяна, в его постели, и он дрыхнет рядом, как полено. Пахнет, зараза, как грех – дорогой парфюм, терпкий виски, и этот его, личный, сводящий с ума запах... План? Заставить его поверить, что произошло непоправимое. Утром он проснется с чудовищной головной болью и смутным, ужасающим ощущением… что переспал со своей названной сестрой. Да, я знаю, это отвратительно. Но он меня выбесил. И теперь заплатит сполна. Месть – это, конечно, блюдо, которое подают холодным. Но иногда и горячее неплохо заходит."
Я всегда думала, что Демьян – это ходячее воплощение успеха и порядка, поэтому его логово должно быть этаким стерильным бункером, вылизанным до блеска и нашпигованным гаджетами. Реальность оказалась куда более пикантной.
Тут была какая-то дикая, почти животная атмосфера, как будто я случайно забрела в берлогу к спящему медведю. Темно-синие стены, матовые и шероховатые на ощупь, поглощали весь свет, превращая комнату в таинственную пещеру. Едва пробивающийся сквозь щели в шторах лунный свет играл тенями, выхватывая из полумрака отдельные детали: массивный рабочий стол, похожий на поле битвы, усыпанное смятыми бумагами, пустыми бутылками виски и разбросанными ручками. И книжные полки… О, эти книжные полки! Наряду с ожидаемыми томами по экономике и финансам, там обнаружились и потрепанные сборники стихов, и даже несколько старых фотоальбомов, заботливо задвинутых в самый дальний угол.
Кровать. Конечно же, огромная. Как подиум для демонстрации мускулистого тела. Застелена черным шелком, который манил своей прохладой и обещанием бесконечного комфорта. На ней, словно на троне, восседал… он. Развалился, как бог, расслабленный и безмятежный. Одна рука закинута за голову, демонстрируя бицепсы, другая – безвольно свисала с кровати, словно ища опору в этом бренном мире. Лицо расслаблено, губы чуть приоткрыты, и сквозь них вырывается тихое, ровное дыхание.
Пьяный в стельку. Без задних мыслей. Без защиты. Идеальная мишень для операции "Адская подстава".
Я притормозила у порога, чувствуя, как адреналин закипает в крови. План был безумным, опасным и абсолютно аморальным. Но что-то внутри меня ликовало от предвкушения грядущего хаоса.
Моей целью было не просто посмеяться над ним. Я хотела заставить его испытать настоящий шок. Поверить, что он совершил непростительную ошибку. Что он переступил черту, которую нельзя переступать. Заставить его жить с этим кошмаром. Пусть помучается. Заслужил.
Тихо. С первого этажа донесся приглушенный гул голосов. Родители, видимо, еще не спят. И, судя по их тону, обсуждают что-то важное. Например, мою предстоящую свадьбу. Замечательно. Чем больше ставок в этой игре, тем интереснее будет наблюдать за реакцией Демьяна утром.
Я двигалась, как ниндзя, стараясь не издать ни звука. Ковер под ногами пружинил, поглощая шаги. Но мое сердце колотилось, словно сумасшедший барабанщик, готовый сорваться в бешеное соло.
Я присела на край кровати, чувствуя, как меня обдает волной тепла, исходящего от его тела. Запах виски, мужского одеколона и чего-то еще, неуловимо его, опьянял и одновременно пугал.
Ближе. Еще ближе.
Я аккуратно пристроилась рядом с ним, стараясь не разбудить спящего зверя. Он даже во сне излучал силу и уверенность. Хотелось коснуться его щеки, провести пальцами по жесткому прессу. Но я знала, что если сделаю это, все пойдет наперекосяк.
Я заглянула в его лицо и прошептала:
«Спокойной ночи, или не очень!»
Глава 9. БЛЯТЬ
"Блядь. Блядь. БЛЯДЬ."
Это все, что я могу выжать из себя. Мозг – разорванная на куски. Голова – будто кто-то спустил в нее унитаз, а затем с размаху нахлобучил крышку. Во рту – не просто кошачий туалет, а целая похоронная процессия дохлых кошек. И этот, мать его, луч солнца, прокравшийся сквозь предательскую щель в шторах, вонзается прямо в глаз, словно лезвие бритвы.
Осторожно приоткрываю веки, словно разминирую бомбу. Мир расплывается, как на кислотном трипе. Кажется, вчерашний виски до сих пор во мне. Запах.
Сладкая, приторная патока, от которой сводит зубы. Ваниль, корица, еще какая-то девчачья хрень. Не мой. Ни разу, блядь, не мой.
Эта вонь проникает в мозг, и хуй уже стоит колом. Медленно, словно крадущийся маньяк, поворачиваю голову… и застываю. БЛЯТЬ.