– Невилл?! – ахнула Гермиона.
– Глупый, глупый мальчишка!
– Он не мог…
– Он вызвал тебя? – закивал головой кот. – Следил, значит, за куколкой? Наверное, тоже взял те книги из Запретной секции.
– Вызвал, вызвал, Невилл,Невилл, глупый, глупый, – напевала… или уже напевал Скурра, но вдруг остановился, его лицо стало похоже на лицо Паркинсон. – Глупый, но скучный! Хотел отправить меня обратно!
– Это Невилл приказал тебе напасть на Паркинсон, Снейпа и Малфоя? – пока Гермиона называла имена, лицо Скурры перевоплощалось в каждого из них.
– Нет, не он, он злился, так злился на них, а я шутил с ними! – голос стал мужским, а лицо…
– Гарри, – выдохнула Гермиона.
– Твой дружок принял меня за дементора, спасая белобрысого, – рассмеялся Скурра. – Я видел их, фи, я совершенно на них не похож. Но у этих тварей есть одна крутая способность. Поцелуй! Так романтично!
Скурра принялся кружиться, принимая обличье какой-то женщины с спутавшейся копной черных волос. Глаза её светились безумием. Гермиона ни сейчас, ни позднее так и не смогла понять, какого Скурра пола.
– Тварь, – выплюнул кот.
Губы демона задрожали.
– Игнис! – оглушающе завизжал он и набросилась прямо на Дьявола, отшвыривая его прочь.
Кот, не успевший увернуться, врезался в дерево. Он упал на снег и больше не пошевелился, выдохнув только:
– Том…
Гермиона выкрикнула пару заклинаний, но все они, немыслимо, пронеслись сквозь Скурры, словно тот был духом.
– Почему… – выдохнула Гермиона, пытаясь припомнить хоть какое-нибудь заклинание, которое могло бы помочь.
Но не успела Гермиона ничего предпринять, как Скурра, хохоча, сбил девушку с ног, наседая на нее и прижимая к земле, как тогда в доме.
– Следующим после тебя будет Невилл! Он так ненавидит себя за то, что вызвал меня. Глупый мальчик, ведь я всего лишь помогаю ему.
Гермиона не могла пошевелиться, ее словно парализовало. Обезумев от боли, ей хотелось кричать, но ни звука не могло вырваться из груди. Гермиона пыталась ртом ловить воздух, её глаза были выпучены, сосуды ярко выступили на белке, а капилляры полопались от напряжения.
Скурра, кажется, наслаждался зрелищем, и его лицо, обретшее черты профессора Реддла, находилось в паре сантиметрах от лица Гермионы.
– Гер-р-миона, – протягивая «р», промурлыкал демон и впился в губы девушки, высасывая жизнь.
Из выпученных глаз от боли потекли слезы, губы горели, Гермиона задыхалась, чувствуя, как силы покидают её, как голова пустеет, как все вокруг становиться неважным…
Она уже почти потеряла сознание, как вдруг всё прекратилось.
Гермиона слышала протяжный визг Скурры, слышала чей-то голос, выкрикивающий заклинания.Слабо вздохнув, девушка пошевелила занемевшей рукой, в которой все еще было зажато кольцо, и отправилась навстречу тьме.
*Игнис от лат. Ignis – пламя.
**Скурра от лат. Scurra – шутник, балагур.
Комментарий к Глава 11. Поцелуй шутника и кольцо
Я колебалась в выборе пола Скурры, поэтому это ОНО. Да, вот так вот :3
Знаю, что экшен у меня никакой, простите (._.) Я плоха в экшене и романтике :D
========== Глава 12. Невилл ==========
Невиллу нравилось возвращаться в Хогвартс. Он любил каждое 1-ое сентября своей жизни. Причин этому можно насчитать около сотни, но самой главной из них была… Гермиона Грейнджер.
Невилл до сих пор не понимал, в какой именно момент она стала нравиться ему, только знал, что теперь по уши влюблен, и всё тут. Сказать об этом девушке напрямую Невилл конечно не мог: смелости не хватало.
Да и нравился ли сам Невилл Гермионе? Нет. И, к сожалению, Лонгботтом совершенно точно это осознавал и не видел смысла раскрывать своих чувств. Да и сделай он это, что бы изменилось? Может быть и ничего, а может быть все стало бы куда запутаннее, страннее и напряженней.
Гермиона всегда была очень добра с ним, поддерживала и помогала, но она никогда не смотрела на него тем особенным взглядом, который влюбленные девушки дарят тем мальчишкам, по которым вздыхают. Невилл как-то с обречением подметил такой взгляд, когда оба они учились на 4-ом курсе. Только взгляд этот был адресован вовсе не ему, а Виктору Краму, ученику Дурмстранга, представлявшему свою школу на Турнире трех волшебников.
Так что шансов понравиться такой умной и красивой волшебнице, как Гермиона, не было. И Невилл смирился. Он просто наблюдал за ней со стороны и всегда пытался помочь, если только был в силах, но даже если и нет, он все равно предпринимал хоть какие-то попытки.
Еще одной причиной любить школу для Невилла была Травология. Он не знал урока лучше и страстно любил его. И не напрасно, ведь растения были его стихией. Невилл был несомненно лучшим учеником профессора Стебль. Он мог почувствовать себя не неспособным недотепой, а действительно талантливым студентом.
Он совершенно точно ощущал себя счастливым, если, находя какой-либо цветок, мог воспроизвести его название на латыни и что-то о нем рассказать. Но если то или иное растение было Невиллу неизвестно, он живо бежал к профессору Стебль или в библиотеку.
Так вот ещё в начале учебного года Невилл отправился в библиотеку, чтобы выполнить дополнительно задание по Травологии: найти информацию об очень редком цветке. Продолжительные поиски оставались безрезультатными, и Невилл уже было направился к Запретной секции, как мимо, не заметив, пробежала Гермиона. Он, сам не осознавая зачем, последовал за ней, незаметно наблюдая из-за стеллажей.
Вскоре девушка упорхнула, а Невилл… Невилл подошел к тому самому стеллажу, удивившись: с каких пор Гермиону интересуют демоны и ритуалы по вызову их?
Не долго думая, Невилл прихватил пару книжек.
***
Он мерил комнату шагами, уже долгое, долгое время не замечая ничего вокруг.
Зачем? Зачем он это сделал? И теперь… Паркисон в лазарете. Все это он… он виноват!
Прямо перед носом Невилла возникло лицо Пэнси, он приглушенно вскрикнул и чуть было не упал, но его подхватила Гермиона. Точнее вовсе не Гермиона…
– С… Скурра!
– Я! – демон, поставив Невилла на ноги, принялся кружить бесплотным духом вокруг. – Эта Паркинсон так визжала! Видел бы ты выражение её лицо, какая глупая девица, глупая и некрасивая.
Скурра рассмеялся, а потом, встав прямо перед Невиллом, воспроизвел искаженное от ужала лицо Пэнси.
– Я не просил! – Невилл зажмурился. – Зачем? Что ты с ней сделал?
– Как не просил? – удивился демон.
Невилл, все же осевший на пол, вжался под пристальным взглядом демона.
– Я не просил проклинать, – заикаясь произнес юноша.
Скурра полностью принял облик Пэнси, переняв даже её голос.
– Лонгботтом, неудачник! Куда ты несешься со своим кактусом? Что? Что? Повтори твой голос не слышно, тебя перебивает звук твоей невообразимой тупости, идиот!
Скурра театрально размахивал руками и кривил лицом.
– Чокнутый! Почему ты еще не в Мунго? Я слышала там твои предки. У тебя это наследственное?
Скурра вновь перевоплотился, только теперь в Рона.
– Я стоял прямо за рыжим и четко слышал, как ты проклял эту глупую девицу, – заключил демон.
– Я не, не… – Невилл был на грани срыва.
Невилл задыхался.
– «Будь ты проклята, Паркинсон!» Я слышал, я слышал! – Скурра рассмеялся, прикрывая ладошкой рот.
Невилл разрыдался, схватившись за голову.
Что он натворил? Что он натворил?!
– Тебе что не понравилось? – расстроился демон, присев рядом с юношей. – Ну, ну, ну, успокойся. Все хорошо будет. Согласен было несправедливо разбираться с ней без тебя. Повеселимся с тобой в следующий раз. Нужно было её подольше помучить?