- Здорово, а колдун сейчас среди них?
- Нет, он просто указывает, кого и где искать и исчезает.
- Значит, сегодня мне никто не помешает.
- Не помешает?
- Дождёмся ночи и я попробую всех вытащить отсюда.
- Каким образом? На решётке замок, наверху двое стражей с серебряным оружием, а земля нашим когтям не поддается, не знаю почему.
- Я вервольф не от рождения и многое умею. Готовьтесь к битве
- Как это, не от рождения? Разве такое возможно?
- Да. Просто, я должен попытаться, может получится. Димитрий, Иешуа, не пугайтесь, все, кто с нами в этой яме – оборотни, но вы в безопасности.
День тянулся очень медленно. Солнце еле ползло, но всё же тени постепенно удлинялись, цвета становились тусклее, небо алело. Наконец, погас последний луч, ночь опустилась на землю. Ловцы перевертней улеглись спать, расставив стражей. Над разбойничьим лагерем понёсся раскатистый храп.
- Ну, покажи, что ты умеешь. – оборотни с надеждой смотрели на Бэра. Людские обличья они уже поменяли на личины чудищ, крупные клыки тускло поблескивали в лунном свете. Димитрий и Иешуа в оцепенении смотрели на то, о чем раньше слышали лишь от сказителей. Казалось жутковатым находиться среди этих созданий, даже зная, что они не угрожают жизни оказавшихся рядом.
Бэр повернулся лицом к стене, вытянул руки, что в одно мгновение превратились в когтистые пятипалые лапы, его уши вытянулись, поросли шерстью. Он погрузил когти в землю, стараясь ощутить себя её частью. Незначительная плёнка заклятий, что удерживала оборотней, не давая им возможности выкопать лаз, разлетелась от одного его прикосновения
Оборотень почувствовал стороживших яму людей. Раздвинул под ними землю и тут же сдвинул, послышался хруст ломаемых костей, жирный чавк. Подождав некоторое время, сделал ещё одно усилие. Между лап пробежала трещина, раздвинулась, расширилась ещё, и ещё. Решётка медленно ушла в сторону, поглощаемая землёй. Трешина наконец расширилась настолько, что по ней можно было спокойно пройти, даже не поворачиваясь боком. Бэр отнял руки от стены, повернул, преобразившееся в морду чудища, лицо.
- Идите.
Перевертни стояли и зачарованно смотрели на такое чудо, не в силах пошевелиться. Бэр толкнул здоровяка.
- Эй, очнись! Вперёд.
Вожак разбойников спал, сжимая в руках ножны с мечом последнего из пойманных оборотней, такого великолепного оружия ему видеть ещё не приходилось, и уснул он, не в силах выпустить его из рук. Сквозь сон он ощутил на лице чьё-то дыхание. Открыл было один глаз, но успел увидеть лишь горящие глаза. Зубы впились в горло, рванули…
Бэр вырвал свой меч из рук негодяя, пристегнул к поясу. Когти спрятались под ногтями, лицо приняло свой обычный вид. Порывшись в тряпках, выудил чёрный сверток, с которым не расстался бы ценой жизни.
Выпушенныё оборотни убили своих пленителей очень быстро, не размениваясь на дешёвые пытки. Бэр повернулся к здоровяку.
- Уводи своих, ищите убежище.
- Кровопийца! – предводитель оборотней смог вымолвить лишь это, уставившись на рукоять меча Бэра, он опустился на колени. – Наш меч вернулся! Откуда он у тебя, родич?
- Так, ясно. – Бэр поднял здоровяка, свистнул оборотням. – Бегом к коням, чем скорее мы отсюда исчезнем, тем лучше.
Предводитель оборотней не желал подниматься, пока не убедиться, что глаза его не обманули. Бэру пришлось, чуть ли не силком, усадить его на одного из трофейных коней.
Ворона пришлось освобождать довольно долго, полдюжины верёвок из паволоки опутали его, не давая возможности двигаться, другими концами верёвки были закреплены на булатные штыри, вбитые в деревья. Бэр безжалостно рассёкая драгоценные волокна, с гордостью отметил чужую кровь на копытах и морде любимого коня.
Оборотень повёл спутников и оборотней, принявших волчье обличье к избе своего деда, старик был могучим волхвом и накрутил вокруг немало заклятий, пресекающих чужую волшбу. Там их будет очень трудно обнаружить.
Здоровяк не желал спокойно ехать и потребовал показать ему меч и рассказать, как он оказался в руках Бэра.
- Сначала назови своё имя, оборотень. Меня-то ты уже знаешь. – Бэр, поняв, что от новых спутников уже не отделаться, решил разузнать о них побольше.
- Рудо.
- Рыжий?
- Да, так переводится. Теперь рассказывай.
Бэр, вынул ненавистный клинок из ножен, протянул Руду. И вкратце рассказал, как он у него очутился.
Внимательно выслушав, Рудо не стал сочувствовать или утешать Бэра, почувствовав, что тому уже всё равно, болеть больше нечему.
- Да, это настоящий Кровопийца, наш меч.
- Почему Кровопийца?
- Закаливали в крови врагов. Наш священный меч. Послушай, Бэр, помоги нам, и оборотни помогут тебе. Помоги нам отомстить Золотому городу и наше племя не пожалеет жизней, но поможет тебе. Если у тебя оказался этот клинок, то все рассеявшиеся по лесам оборотни пойдут за тобой, даже те, что не слушают меня, старейшего. Соберётся войско в две-три тысячи и пойдёт за тобой, хоть в нижний мир. Только представь!
- Это мне не нужно, если хочешь, возьми меч себе, я ненавижу его!
- Но он выбрал тебя и с этим ничего не поделаешь, оборотни всё равно пойдут за тобой, я лишь прошу помочь нам, нет, я умоляю тебя. Сто лет я жил потеряв даже надежду на мщение, а сейчас она появилась вновь. Ты ведь всё равно пойдёшь мимо, город лежит как раз у начала Земли Золотых Змей. Ты ведь пойдешь мимо? – В глазах Рудо горела человеческая мольба.
- Земля Золотых Змей говоришь? – Бэр покосился на поясной кошель в котором болтался змеиный перстень. – Где именно этот город?
Глава 17
- Я соберу всех! И твоих людей тоже! – Рудо сидел за столом напротив Бэра и смотрел ему в глаза. – Дай мне неделю, мы все разбежимся по убежищам и поднимем подлунный народ. А я лично отправлюсь к твоему Волчонку, только дай что-нибудь, что он опознает как принадлежащее только тебе.
Бэр, не отвечая, отрезал локон волос, связал узлом.
- Он узнает. Только нужно дождаться ночи, я постараюсь укрыть твоих перевертней от чар, чтобы их не обнаружили.
- А зачем ждать ночи? Волшбу можно творить в любое время.
- Я не колдун, происхождение моей силы иное и пока что я могу повелевать ею только ночью.
- А я думал ты тогда специально ночи дожидался.
- Нет, днём я просто перевертень, такой же, как и вы.
- Это плохой знак, силы ночи – это нехорошо.
- А мне плевать. Как погибла Светлана, мне на всё плевать. – Бэр не изменился в лице, но в груди так защемило, будто снова забилось давно сгоревшее сердце.
- Я вижу, тебе крепко досталось, но нельзя хоронить себя, если что-то случилось, значит, так должно было быть. – Иешуа, до этого сидевший на лавке, вступил в разговор. Молчаливый паломник слушал и запоминал всё, что рассказывал Бэр, и сейчас старался отвратить его от мрака, в который, с каждым днём, всё глубже погружался оборотень.
- Я не спорю, должно, значит должно. Но тот, кто это определил, горько пожалеет. Как пожалели исполнители.
- Ты всё никак не смиришься. Пойми, есть силы выше человеческого понимания, и с этим ничего не поделаешь.
- Ты забываешь, что я не человек, Иешуа. И я знаю, что это за силы. Как бы далеко они ни находились, я найду их. Иешуа, это моя боль и я сам пронесу её. Рудо, позови перевертней, солнце село.
Выйдя, через некоторое время, из избы, Бэр окинул тяжёлым взглядом шестёрку перевертней, во главе с Рудо. Дюжина глаз смотрела на него с ожиданием и сомнением – всё-таки они сотни лет прятались и всё равно колдуны их находили, а тут обещают укрыть даже от колдунов. У двух-трёх в глазах теплилась надежда на возрождение города оборотней, но остальные смотрели с безразличным любопытством. Всё это Бэр отметил краем сознания, не заостряя внимания на мелочах.