Моё кареглазое проклятие
"У оптимистов сбываются мечты. У пессимистом - кошмары"
Джордж Бернард Шоу
Покой. Как же меня бесило это. Я не мог спокойно сидеть сколько себя знал. В детстве я постоянно бегал и ходил кругами. Не мог успокоиться. Мне нужно движение. Единственное, что меня могло удержать это игры и разборка компьютера. В остальном я был активным, но не любвеобильным. В общем очень странным по сравнению со своей семьёй.
Остаток лето я провёл в относительном покое. Он меня удушал каждый чёртов день. Не давал жить. Я каждый вечер пробегал в одно и тоже время мимо дома Алисы. Наблюдал как она общается с собакой и поливает цветы. И всегда девушка, видя меня искренне улыбалась. Но я знал значение этой улыбки.
"Ты мой друг Паша. И всегда им будешь"
В начале августа я договорился остаться у дедушки на целый месяц в деревне. Мне не хотелось вылазить из его дома. Снова приезжать обратно. Снова видеть Алису. Снова чувствовать как сердце трескается на части. Снова хотеть её, но не получать. Это проклятие меня уничтожает изнутри. Проклятие под названием любовь.
Но при всём этом наступил одиннадцатый класс. Самый спокойный из всех. В начале сентября Алисы вовсе не было видно. Как будто она исчезла. Осталась только фамилия и имя, которое звучало при перекличке. Но нигде её не было видно. Я ей писал по этому поводу и она коротко отвечала, что приболела. Но был парадокс. В доме её не было. Неужели Алиса попала в больницу? Но подруга мне ничего не ответила на это. Спустя месяц Алиса пришла в школу. Вид у неё был не важный. Как бы она не улыбалась. Как бы не называла меня солнцем. Я видел, что-то случилось. Её глаза начали медленно тускнеть. С каждым месяцем всё сильнее. Спала она на уроках всё чаще. Есть меньше. А если быть точнее практически не есть. Она спала на обеде.
Так наступила зима. Я начал отдавать часть еды Алисе. Точнее я покупал ей творожную запеканку, которую она так любила. И с огромным аппетитом ела. Будто от этого зависела её жизнь. Это было очень странно. Может девушку дома не кормят? Зная в каких условиях она живёт это звучало очень весомо. Потом я перешёл к тяжёлой артиллерии и забив на свои чувства, после школы тащил Алису к себе домой. Там кормил её нормальной едой. Первое время она отказывалась из вежливости. Но я был слишком упёртый. И ей пришлось согласиться. Мне было больно смотреть на её бледное и безжизненное лицо. Так я прокормил её не долго. Всего пару недель. Потом Алиса начала уезжать на подготовительные после школы. Она собиралась поступать на архитектора. Но когда девушка говорила в слух, с каждым разом я видел, что она угасает. Как будто Алиса говорила не о своей мечте, а чьей-то другой. Я ей писал и после школы, отвечала она ближе к ночи. В это время девушка возвращалась домой и лишь рано утром с опозданием приходила в школу. Алиса больше не рисовала на уроках и переменах. Она спала. Учителя начали частенько её за это ругать. И даже однажды вызвали в школу родителей.
Лишь тогда я впервые не только услышал, но и увидел маму Алисы. Отец не смог приехать из-за работы. Это была молодо выглядящая женщина. Но в ней, что-то было не то. Она была ни худой, ни толстой. Средней комплекции. Одета была в какие-то драные и очень старые вещи. С засаленными волосами и потухшим взглядом, но с сумасшедшей улыбкой на лице. От такой женщины по спине шли мурашки. Она излучала невиданный страх и отвращение. Я не знал, что человек только своим видом мог внушать это. Её серое лицо и перекрашенные в рыжий светлые волосы, смотрелись просто ужасно. На удивление она была весьма сдержанной и вела культурный диалог. Но внешний вид всё портил. Тогда я не знал, что случилось с Алисой. Наказали её или нет? Но больше она не отвечала на сообщения в чате. Ближайший месяц так точно. Алиса сказала, что её телефон окончательно поломался и пришлось носить кнопочный некоторое время. Но потом она опять начала отвечать. Что меня безумно радовало.