Я надеялась на то, что Паша не узнает мой секрет. Но все люди ошибаются. Впрочем как и я. В тот дождливый день ты всё узнал.
Моё падение
Дисклеймер
В этой главе есть насилие эмоционального характера и угрозы жизни.
"Опыт - это имя, который каждый даёт своим ошибкам"
Оскар Уайльд
Все люди совершают ошибки. Я не исключение. И возможно с самого начала мне должно было стать ясно. Что мои усилия бесполезны. Я как дальний путник искал нужную дорогу, но это было бесполезно. Ведь меня всё равно сожрут дикие звери. Как бы я не старалась. Я всё равно останусь кормом для других. И это нужно было просчитать задолго до того случая. До того как я очнусь в палате больницы обезвоженная и на грани смерти.
На самом деле я была частым посетителем больниц. Помню первый случай произошёл, когда мне было около двенадцати лет. Я упала в обморок. И когда отец нашёл меня, он вызвал скорую. И тогда они заключили, что у меня скорее всего обострение гастрита. Так как перед этим меня выворачивало. Я выблевала всю еду, что была в моём организме. На тот момент я реально предполагала, что у меня гастрит. Но это было не так. Когда я переутомлялась и плюсом ко всему сильно нервничала, то случалось это. Мне долго говорили, что это навряд ли из-за нервов. Мои родители убеждали меня в этом. Я им верила. А зря. На очередном обследовании лет в семнадцать, когда я в очередной раз попала в больницу на скорой, врачи не нашли у меня гастрит.
- Как это? - спросила я тогда своего лечащего врача. Это был достаточно молодой доктор, у которого я проходила лечение.
- Ну, проведя все анализы я заметил, что твой желудок чище некуда. Мне не часто попадаются такие пациенты. У тебя нет гастрита. А вот на счёт обмороков и головных болей я бы советовал тебе обратиться к невропатологу - сообщил он, тогда спокойным голосом. Я же ошарашенно сидела и думала обо всём в своей палате. У меня было предчувствие, что дело в нервах. И теперь это подтвердилось. Я должна радоваться, но не могла. Мне не хватало сил. Все эти жёсткие диеты, голодовки устроенные моей матерью и пичканье таблетками. Всё это было больше во вред. Может и плохой сон как раз из-за этого?
Параллельно с учёбой я работала. Делала небольшие иллюстрации или портреты по заказу и потом отправляла их. Копила деньги на побег. Не жалела себя. Позабыла на время о всех своих кошмарах. Теперь меня душила беспросветная бессонница. Обмороки и панические атаки вошли в привычку. Ела теперь я в тайне от родителей за свой счёт. Либо же меня кормил Паша. За это я ему была при много благодарна. Я долго думала, что же ему подарить. И накопив деньги у одной из знакомых в худождке я выкупила мангу, которую он так хотел. Мне хотелось отдать ему подарок намного раньше. Но я дождалась его дня рождения. Надеюсь ему он понравился. Потом опять началась рутина. Учёба в университете давалась куда сложнее чем в школе. Огромные проекты и слишком сжатые дедлайны давили на меня. Друзей в университете я не нашла. Все пытались гнобить меня за мою внешность. Девочек не устраивало всё. Начиная с моего курносового носа. Заканчивая моим округлыми формами и светлыми волосами. Я не устраивала их и в общении, была слишком громкой и грубой в высказываниях. Про парней тоже пришлось забыть. Они были не лучше этих девочек. Впрочем как и преподаватели. Творческие вузы это всё-таки кромешный мрак. И мои дни протекали на работе в строительной компании, в университете и ещё уборка дома. Ночью я делала курсовые работы домов и чертежи. День за днём, ночь за ночью. И однажды моё тело дало сбой. Оно просто не выдержало этого.