— Тишина?! — оживилась теперь уже Настя. — Ты своим храпом всех духов пораспугал. Мы с Ликой не знали, чем тебя заткнуть.
— Вот именно, — добавила та. — У нас в спальне стёкла в окнах дрожали. Мы его в кровать уложили, сами рядом. А он на боковую и давай хрюкать. Свинья!
— Вы меня зажали со всех сторон, — ответил Женя. — Ни пошевелиться, ни вздохнуть. Что мне ещё оставалось. И, вообще, я за день умаялся.
— Умаялся он, — всплеснула Лика руками. — А что ты делал весь день, бедняжка? Дыру в полу так и не заделал. Сад изуродовал…
— Изуродовал?! Я перелопатил, наверное, уже тонну земли и грунта. И, заметь, не просто так. Для всех, между прочим, стараюсь.
— Старается он. Грош цена твоим стараниям. Копает-копает… А где результаты? Сокровища где? Ты, крот хренов? Землекоп фигов. Бабки-то где?
— Зарыты бабки. В земле, понимаешь? — огрызнулся Женя. — А с ключом чё делать?
— Если в сундуке та таинственная книга, про которую мне бабулька втирала, — задумалась Лика. — То я её заберу, даже если придётся сломать сам сундук.
— Эй! — крикнула Настя.
— Да, погоди ты, — отмахнулась Лика от неё. — Может, ещё удастся ключ добыть.
— А если опять не тот? — спросил Женя.
— Там уже будем думать, что делать, — ответила Лика.
— Ну, лады, — спросила Настя. — А с ритуалом там, что?
— С каким? — не поняла Лика.
— Ну, чтобы этого чёрта в Мир Иной спровадить, — пояснил Женя за подругу.
— Да, — кивнула Настя. — Что там для него надо?
— Да, ничё особенного, — ответила Лика. — Но нам с тобой надо будет сегодня по лесу погулять, нарезать травы кой-какой. А ночью мы с Женей идём на кладбище.
— Чего?! — не понял тот.
— Чего-чего, — огрызнулась Лика. — Сатанистов гонять, чтоб те ключ нам отдали.
— И что ты паришься? — усмехнулся молодой человек. — Пошла прям сейчас в деревню и накостыляла бы молодёжи. Опыт у тебя в этом деле уже имеется.
— Вот нисколько не смешно, — покачала Лика головой. — Они тоже не дураки. Зажмёшь одного, другие точно узнают и могут ключ перепрятать. Поэтому, разговорчики в строю убрать. Идём сегодня на кладбище.
— То есть?! — запротестовала уже Настя. — Вы меня одну в доме на ночь бросите?
— Не бросим, — ответила Лика. — А просто оставим. И не на всю ночь, а только на пару часиков. А может, и ещё меньше. Там уж как дело пойдёт.
— Нет, я с вами.
Лика посмотрела сперва на неё, затем перевела взгляд на Женю.
— Пусть идёт, — развёл тот руками. — Ночью, всё равно, это чудо опять полезет. И Настю ему на растерзание отдавать как-то не хочется. Она же теперь хранителем сундука себя мнит. Вот колдун и может её кожей этот сундук обтянуть.
Настя поперхнулась. Лика посмотрела на Женю и повертела указательным пальцем у виска. Женя повернулся к Насте и похлопал её по спине.
— Ну, мы же этого не допустим, — сказал он и встал из-за стола. — Так, всё, девчонки. Спасибо вам большое. Всё было вполне съедоб… то есть вкусно. Я пошёл.
— Куда?! — выпалила Лика. — А тарелку мыть? Свинья… не благодарная.
— А ты тогда в саду копать идёшь, — развёл Женя руками. Лика только махнула рукой и отвернулась от него.
После завтрака она куда-то пропала. Женя тоже исчез. Настя осталась одна в доме. Не зная, чем заняться, она начала искать ключ от сундука, в надежде, что он всё же находится где-то в доме. Обыскивая гостиную, она услышала, как скрипнула входная дверь чёрного выхода на кухне. Тут же послышались шаги, и упал стул.
— Да, чтоб тебя… — послышался голос Жени и через секунду в гостиную вошёл сам Женя. В руках он нёс большой квадратный лист фанеры длинной чуть более метра. Молодой человек держал его, широко раскинув руки.
— О, Настя. Досок нет, зато смотри, что нашёл, — сказал он.
— И зачем это? — спросила девушка.
— А вот смотри, — Женя подошёл к прихожей и бросил лист на пол, подняв в воздух мотки пыли и паутины. Молодой человек тут же замахал руками перед лицом.
— В подвальчике нашёл, — пояснил он. — Под кухней. Лежал сколько там, не знаю, но вещь хорошая. Вроде, целый.
— И что ты с ним собрался делать? — спросила Настя с подозрением.
— Дыру заделывать, — Женя нагнулся, взял лист за край и подтянул на место, где не хватало половицы. Затем он осторожно наступил на лист. Лист чуть изогнулся, но выдержал.
— Ну, вот, — сказал Женя. — Теперь другое дело.
— «Другое дело» — хмыкнула Настя и указала чуть в сторону. — А это что?
Сломанная и пущенная на дрова для камина, половица имела в длину метра полтора. В то время, когда лист фанеры был всего чуть более метра с каждой своей стороны. Покрыть собой полностью пустоту между половицами он не мог.