Маргарита невольно обернулась, а присмотревшись к вошедшему, неприязненно скривилась.
- Что ты здесь забыл, Кеша?! – грозно спросила она, поправляя резиновый фартук на груди.
Иннокентий поморщился и, старательно отводя взгляд от бездыханного тела, лежащего на столе, запинаясь, произнёс:
- Кошечка, я оступился, я виноват, но я очень дорожу нашими отношениями... – заискивал он, шаркая сланцами по бетонному полу и делая безуспешные попытки подойти к ней поближе.
Марго словно фурия носилась вокруг стола. Она с нарочитым вниманием одной рукой вынимала кишечник из трупа, вытягивала его, рассматривая на свету, а потом фыркая, делала записи в блокнот правой рукой, что была не в перчатке.
- Какими такими отношениями, Иннокентий Арнольдович? - хмыкнула Маргарита.
- Как какими? Нашими... - удивлённо вытаращил он глаза.
- У нас с Вами, Иннокентий Арнольдович, - Марго надменно поджала губы, - могут быть только одни отношения! - последние слова она воскликнула так, что стены в помещении задрожали и ассистент, ставший невольным свидетелем семейной драмы, содрогнулся.
- Какие? - загипнотизировано спросил Кеша.
- Отношения врача и пациента, - зловеще зашипела Марго.
Воцарилась гробовая тишина и в данном помещении это вовсе не казалось фразеологизмом.
- Кошечка, это очень несмешная шутка. Я понимаю, что ты злишься, но уверен, ты не желаешь мне смерти..., - залепетал Зайцман.
- Зря ты уверен в этом, Кеша. Я с удовольствием посмотрю, что там ты ел сегодня на обед!
Марго намекала на тот самый обед, который по причине занятости не смогла разделить с ним.
- А может ты и не обедал, а? - она впилась в него взглядом, - Может, ты ещё каких-нибудь проституток трахал вместо этого?
- Ритуля, ну прекрати! Прошу! Что мне сделать, чтоб ты простила меня? - взмолился он и протянул к ней руки.
Марго просканировала изменника-супруга прищуренным взглядом, обдумывая что бы эдакое попросить.
- Пойди купи мне цветы, - ответила вкрадчиво, - Записывай!
- Ага, - Иннокентий с готовностью вынул телефон, открыв раздел заметки.
- Букет мне нужен, - Маргарита надела на лицо прозрачную маску, - из азалий, гортензий и осеннего шафрана.
- Ого! Ритуля, где ж я все это найду? - изумился ее странной прихоти Иннокентий.
- Ну не знаю…, изловчись, Кеша, - Маргарита взяла в руки пилу, - Но не это самое главное! – тут она посмотрела на него пронизывающим взглядом через стекла защитной маски. - Главное, Кеша, что все это тебе надо его съесть!
Зайцман замер, пытаясь понять скрытый смысл в ее словах, а Василий, который уже догадался, к чему Маргарита ведет, сокрушенно опустил глаза.
Маргарита включила пилу и поднесла к трупу. Послышался мерзкий звук разрезаемых костей, в нос ударил специфический запах, кровь и куски плоти полетели во все стороны. Одна из кровавых брызг попала на очки Иннокентию, и он в ужасе отшатнулся.
- А-ха -ха! – зловеще хохотнула Маргарита. – Вот: так же тебя вскрою, а внутри букет!
Все перечисленные Маргаритой цветы содержали ядовитые вещества. Ей, хорошо знающей токсикологию, было известно, что такой набор точно бы убил ее неверного мужа.
Иннокентий поморщился. Достав из кармана брюк белоснежный платок, снял очки и судорожно вытер испачканные стекла. Прийти в морг и пытаться достучаться до разума жены было ошибкой. Маргарита упрямо не шла не конструктивный диалог. А шутка с подарочным букетом вообще была за гранью. Она настолько рассержена, что желает ему смерти.
- Рита! - Зайцман угрожающе произнес. - Дома поговорим!
Черный юмор супруги он не понимал. Бросив телефон обратно в карман, Иннокентий круто развернулся и быстрым шагом удалился по полутемному коридору. Ему в спину еще долго летело эхо зловещего смеха Маргариты.
- Маргарита Александровна, я дико извиняюсь, а что мы ищем? - робко поинтересовался Василий, кивнув на тело на столе.
- Как что?! Причину смерти, конечно! - раздражённо рявкнула Маргарита.