Точно так же светилось зеркало в ту злополучную ночь, когда мы с Кареокой проникли в дом Карадира в Канинсе. Правда, среди только что появившихся людей не было того высокого незнакомца, который, не напрягаясь, отправил нас с магичкой на Точку возрождения. Тем не менее, среди пришедших из зазеркалья был один человек, которого я узнал. Точнее, так как его лицо скрывала повязка, я узнал татуировку на тыльной стороне его ладони. Это был тот самый тип, который принял облик Эдина и попытался выманить у меня ожерелье Богини Яри. Впрочем...
...такие татуировки были и у троих его подельников.
О том, что это могло значить, я не успел подумать, так как все четверо молча ринулись на нас с кинжалами в руках.
Четверо на четверо - расклад не самый плохой. Но нас застали врасплох - я даже не успел выхватить свой нож. Зато гном не растерялся, встретил напавшего на него незнакомца мощным ударом, усиленным одним из приобретенных им навыков. Однако нападавший ловко ушел в сторону от удара, и лезвие топора вонзилось в каменный пол сокровищницы. Но навык Урсуса все же сработал: метившего гному в бок незнакомца отбросило назад прокатившейся от топора волной спрессованного магией воздуха, и он обрушился на один из кувшинов. Глиняный сосуд лопнул, на пол осыпались тысячи сверкающих драгоценных камней. Когда он попытался встать, ноги разъехались в стороны на необработанных драгоценных камнях, он снова упал, и Урсус прикончил его ударом топора в затылок...
Кареоке не пришлось долго готовиться к бою. Вскинув руку, она отправила в несущегося на нее неприятеля россыпь Ледяных шипов. Противник продемонстрировал свои навыки: он завертел рукой так часто, что кинжал порубил шипы в крошку, не дав ни одному из них коснуться его тела. А потом сам с расстояния не более шести шагов метнул в Кареоку нож с плоской рукоятью. Девушку спас вовремя поставленный Щит, а следующее заклинание превратило ее проворного противника в пылающий факел. Он простоял всего пару секунд, после чего рухнул на пол. Правда, полыхающая кучка показалась Кареоке слишком маленькой для человека. Она подскочила к ней, ударила ногой...
...разворошив горящий плащ.
Его владелец бесследно исчез.
Коль-Кар демонстрировал свою излюбленную тактику: он перемещался с места на место и не чурался трусливого бегства, во время которого неожиданно контратаковал, размахивая двумя костяными кинжалами. Его противник настойчиво преследовал гоблина и сам пытался пронзить проворного зеленокожего, но справиться с существом, значительно уступавшим ему в росте было не так-то просто. Коль-Кар успел нанести ему несколько чувствительных ударов по ногам, так что теперь тот перемещался, оставляя за собой кровавые следы.
Я же взял своего противника на Рывке: когда он бросился ко мне, я активировал навык и сбил его с ног, врезавшись в грудь плечом. Татуированного отбросило назад, но прежде чем он успел подняться, я наступил ему на грудь коленом и несколько раз ударил ножом в живот.
Таким образом уже через две минуты против нас четверых остался лишь один неприятель, которого таскал за собой гоблин. Когда мы освободились и пришли на помощь Коль-Кару, человек с татуировкой на руке, хромая, рванул к зеркалу и успел скрыться по ту сторону прежде, чем мы его настигли.
Мы еще бежали за ним, когда он провалился сквозь необычный портал, а мгновение спустя нас отбросило назад мощной воздушной волной, и в сокровищницу вошел новый персонаж.
Это и был ТОТ САМЫЙ незнакомец, который прикончил Карадира... и нас с Кареокой заодно. Я узнал его сразу, но не могу сказать с уверенностью, что он узнал нас. Впрочем, мы интересовали его в последнюю очередь. Он бросил на нас, размазанных по стенам и обездвиженных магическими путами, лишь мимолетный взгляд. Потом, пробежавшись взглядом по сокровищнице, он увидел то, что искал, и твердой походкой направился к нише.
- Убери от него свои руки!
С трудом выдавил из себя Урсус, распластанный по входным дверям.
Незнакомец пропустил его угрозу мимо ушей и вернулся к зеркалу. Прежде чем снова исчезнуть в портале, он обернулся, посмотрел мне в глаза, усмехнулся...
...И ушел.
И в тот же миг зеркало осыпалось на пол тысячами осколков, продолжавшими еще несколько секунд мерцать. Как только они погасли, сила, прижимавшая нас к стене, исчезла, мы повалились на пол в полном изнеможении.
Заскрежетали отпираемые замки, загремели засовы, распахнулись створки и в сокровищницу вломилось десятка два гномов.