Новый лоток постигла участь первого: Кареока осыпала его Шипами, но на этот раз я был начеку и успел сместиться в сторону прежде, чем смертоносные снаряды наделали дыр в деревянном прилавке. Мое следующее укрытие было уже каменным, что давало надежду на короткую передышку.
Я осторожно высунулся и посмотрел на противницу. Кареока стояла на прежнем месте, в центре отведенной нам для боя площадки. Для нее это была идеальная позиция. Укрываясь за магическим Щитом, она могла не опасаться моих дальних атак, а приблизиться к ней на расстояние ближнего удара я не мог, не рискуя при этом нарваться на неприятности. Впрочем, и в ближнем бою у нее было больше преимуществ, чем у меня, особенно с тех пор, как она обзавелась кольцом, с помощью которого могла прикосновением превратить противника в ледяную глыбу. А против ее Щита у меня вообще не было никаких методов.
Почтенная публика тем временем демонстрировала свое отношение к происходящему. Гномы, удрученные принятым решением сдать тех, кто уничтожил Кристального Змея и пытался защитить их реликвию, помалкивали. Зато пришлые парламентеры неистовствовали, подбадривая то Кареоку то меня.
- Давай, ведьмочка, покажи, на что ты способна!
- Уделай его, ты же можешь, я знаю!
- Эй, хватит прятаться! Будь мужиком, врежь ей, как следует!
- И это вы называете боем?! Скукотища!
- Крови!!! Я хочу больше крови!!!
Кареока запустила в лоток огненный шар. Меня окатило жаром, срезав пару сотен хитов, но укрытие устояло, хотя и почернело от копоти.
Нет, выковырять меня из-за каменной преграды будет не так легко!
Лишь бы она не послала ледяного голема...
Но Кареока поступила иначе: она сама пошла в атаку, обходя меня по безопасной дуге.
"Как только она обогнет лоток, меня уже ничто не спасет",- подумал я.
Но девушка медлила, продляя мое безутешное существование. Она двигалась не спеша, удерживая второй рукой Щит. Не знаю, чего она опасалась? Мои метательные ножи не могли пробить ее защиту, а силу Рывка в надежде сбить ее с ног я не смогу использовать еще пару минут.
Напряжение нарастало. Даже гопники с большой дороги угомонились, ожидая скорой развязки.
Кареока обошла лоток и... замерла, не обнаружив меня за каменной преградой, так как в последний момент я активировал навык Сын Тени. Она, должно быть, вспомнила, с кем имеет дело. Я увидел, как задрожали ее губы, а взгляд заметался по сторонам. Она ожидала нападения, но не знала, откуда оно последует.
В моем распоряжении было двадцать секунд невидимости. Я мысленно умолял девушку вернуться на свое прежнее место, дав мне возможность переместиться в другое укрытие. Однако она поступила иначе: активировала-таки своего голема, и ледяной монстр шагнул за каменный прилавок. Кареока направилась следом.
Двенадцать секунд...
Голем прошел рядом со мной. Я почувствовал исходящий от него холод, услышал потрескивание льдинок, но не увидел своего отражения на полированных гранях слагавших его кристаллов. И он не заметил мня и прошел мимо, направившись к разрушенным деревянным лоткам.
Шесть секунд...
Следующей была Кареока. Когда она приблизилась и посмотрела в мою сторону, сердце екнуло от напряжения. Но я взял себя в руки, заметив, что ее взгляд скользнул в сторону. Она внимательно изучила каждый уголок лотка, вопросительно нахмурила лоб и пошла за големом, бесстрашно шагавшим по каменной мостовой.
Две секунды...
Когда девушка миновала мое укрытие и показала неприкрытую защитной магией спину, я принял решение и шагнул следом за ней, вытаскивая из-за пояса нож.
Странный бой приближался к своему завершению. И я не берусь сказать, что оно оказалось логичным. При другом раскладе мне не суждено было одолеть Кареоку в схватке. Но она сама подставилась, повернувшись ко мне спиной. И теперь достаточно было одного удара, чтобы отправить ее на перерождение. Однако это означало бы поражение. Причем во всех отношениях.
Один единственный удар и...
Я крепче сжал в ладони нож, скользнул взглядом по рассыпанным на плечах волосам Кареоки...
- Сзади!!!- шепнул я, потеряв невидимость.
Девушка резко развернулась и с ходу влепила в меня Огненным шаром. Тело охватило всепожирающее пламя, затрещала превращающаяся в прах куртка...
А я стоял, улыбался и смотрел в глаза удивленной и ничего не понимающей Кареоки.