- Вы могли оторвать свои задницы от насиженного места и уйти подальше от этого великана. Вы же кочевники!- воскликнул я в негодовании. Подумать только: этот старый му... гоблин, философствующий по поводу бытия и мироздания, поставляет девушек на забаву какому-то великорослому извращенцу!
- Я знал, что ты не оценишь моей заботы о собственном народе. Улькены говорят: своя рубашка ближе к телу, так? Что касается твоего предложения покинуть насиженные места, то я не могу его принять по причине того, что это священное место, и если оно будет захвачено нашими недругами, может произойти настоящая беда.
- Какими еще недругами? Мне казалось, что в Бескрайних степях обитают только гоблины.- Я все еще негодовал, поэтому говорил на повышенных тонах.
- Ты слушаешь, но не слышишь... Гоблины - они разные. Кьяр-ни, хоть и наши близкие родственники, но мы во многом расходимся в представлениях об этом мире. К сожалению, эти расхождения непреодолимы и мы давно уже ведем войну на уничтожение, как ни печально об этом говорить. Если мы уйдем, если они захватят это стойбище и доберутся до священной пирамиды - быть беде, которую почувствуют на себе не только обитатели Бескрайних степей, но и все остальные расы. Поэтому мы будем сражаться до последнего кьяр-ви из клана сат-хе. А если нас истребят, на наше место придут другие наши сородичи, чтобы не дать злу ни малейшего шанса проявиться в нашем мире во всем своем величии.
- Ты же говорил, что не существует абсолютного зла,- заметил я.
- Кое-что ты все-таки услышал. Я рад. Но ты упустил одну деталь: то, что для одних кажется злом, для кого-то другого может обернуться благом. Поверь мне: ни одно разумное существо не будет творить зло исключительно ради зла. А если такое и происходит, значит лишь одно: у этого существа нет ни разума, ни души.
И как я был обязан относиться к этому гоблину?!
С одной стороны, умнейшее существо, говорящее разумные слова и действующее во благо своего клана и даже, как я понимаю, всего Годвигула. С другой же - ради этого самого блага он уготовил не самую завидную участь для человека, с которым меня связывали не только деловые отношения.
Прав он, старый гоблин: не все в этом мире однозначно, и в каждом из нас параллельно сосуществуют зло и добро.
Немного поостыв, я спросил:
- Я могу увидеться с Кареокой?
- Нет, ее еще утром переправили через реку и отдали Орхе.
Я подскочил с места, сжал кулаки... Захотелось что-нибудь сломать. Например, рога на голове почтенного гоблина. И пусть это была лишь игра с ее условностями и правилами, но, как говорил однажды Альгой, в ней я проводил так много времени, что она стала частью моей жизни.
- Прости, у меня не было иного выхода,- спокойно произнес старик.
Я спросил себя: а как бы ты поступил на месте Пакин-Чака?
Ответ был неутешительный и пугающий.
Кулаки разжались сами собой, я опустился обратно на пуфик.
- Я делаю для своего племени все, что в моих силах,- тихо сказал гоблин, помолчал, а потом добавил: - Ты можешь сделать то же самое.
Я внимательно посмотрел на Пакин-Чака. Неужели он предлагает мне...
- Но хочу тебя еще раз предупредить: Орха силен и практически неуязвим... Эх, если бы я был помоложе... В прежние годы, до того, как стать вождем клана, я славно покуролесил.- Он мечтательно зажмурился, вспоминая старые времена.- Мое имя хорошо знали и по эту, и по ту сторону Приграничной реки. Но мало кто видел меня в лицо. У меня было много врагов, но все они умерли прежде, чем успели понять, с какой стороны к ним подкралась смерть... Нет, я не горжусь этим, я констатирую факт. Последующая жизнь меня многому научила. Я стал другим. Но я все еще помню старые навыки и мог бы показать тебе пару приемов. Однако для этого тебе придется встать на путь роги.