- Какая еще теплица! - ответил я.
- Задница! - пояснил Саня.
- Так бы сразу и сказал... , А то приплел какой-то парник! И не хрен глотку рвать, не хочешь домой, не надо! Я найду с кем пойти!
Саня психанул и ушел, не желая продолжать тему дальше. А мне, если честно, такая шиза с его стороны была по барабану. Я знал, когда он остынет, подойдет. Тем более всю мою суету, связанную с приготовлением к старту от него было не скрыть, т.к. в большинстве случаев, он находился рядом, во всяком случае старался находиться.
В соседней бригаде было два питерских парня, с которыми у нас складывались нормальные отношения, более того, у нас сними, более того у нас с ними на свободе оставалось не мало общих знакомых, что уже связывало. Я решил аккуратно пробить одного из них, твердо зная, что разговор останется между нами. А почему был в нем уверен на все сто? Потому что, к счастью, в арестантской жизни есть еще люди, которые могут держать язык за зубами. К моему удивлению он понял о чем пойдет речь и сразу же согласился, давая понять, что сам давно уже думает о подобном.
- Знаешь, - сказал он, - Если бы ты не предложил мне пойти с тобой, мы бы с приятелем по-любому бы ушли, потому как глупо упускать такой шанс. Тайга мне знакома, не один срок по делянкам шаримся, поэтому блудить по тайге попросту сам понимаешь не придется, поскольку куда ни плюнь, обязательно выйдешь на старые выруба, а они, как известно, всегда приведут к дороге.
- Это понятно! - ответил я, - Но в любом случае надо все перелопатить до мелочей! Ты вообще как, доверяешь своему корешу?
- Как себе! - не думая ответил он.
- Хорошо, но тут надо быть готовыми ко всем неожиданностям. Понимаешь меня? Ведь пуля - дура, и слез она не будет проливать, и как бы менты здесь хвостами не крутили, а за каждого из нас им десять суток отпуска полагается, о чем они знают как дважды два, это никогда нельзя списывать со счетов. Поэтому мне твердо надо знать, что твой кореш при необходимости поведет себя, как Александр Матросов.
- Согласен! Но в нем я точно уверен. Мы давно друг друга знаем и любые трудности для нас привычное дело.
- Ладно! В этом я спокоен, остается найти проводника, кого-то из местных! Вырубу вырубами, но тайга есть тайга и в ней не забалуешь!
- Мы думали об этом, и есть уже парень на примете, он давно к нам в бригаду просится, сам по себе местный из Архангельска, погоняло у него "Егерь"!
- А почему Егерь? - спросил я.
- Лесником всю жизнь парился! Говорит всю жизнь в лесу и он, и его предки! А Саня твой как? В смысле пойдет с нами?
- Пока думает, но судя по всему, пойдет! А ты пока не теряй время! Сделай все так, чтоб этот Егерь был у тебя в бригаде. Если для этого нужны деньги, скажешь!
- А когда ты рассчитываешь стартануть? - поинтересовался он.
- Когда сойдет последний снег! - ответил ему я и взгляд мой остановился на Сане, который сознательно крутился в стороне, пока мы общались и, понимая, о чем у нас идет разговор, конечно же, злился. А тем самым по-прежнему держал стоечку и по поводу своего плана ни о чем не делился.
Вскоре еще одни обстоятельства сопутствовали тому, что все мои планы были вполне выполнимы. А именно, местные жители, которые постоянно приезжали к нам в лес с целью заказать себе домик, баньку или же нечто подобное и, как правило, всегда рассчитывались водкой, в моих планах должны были сыграть главную роль, а точнее их КАМАЗ.
Егерь не заставил себя долго ждать и вскоре появился в лесу, в бригаде наших питерских друзей, к тому же явился он не пустой, и с радостью похвалился нам компасом. Не знаю, где он его усмотрел, возможно, крысанул, но что было, то было и его приобретение, конечно же, радовало. В общении с ним я понял, что его прозвище "Егерь" вполне оправдывает себя, поскольку лес он, действительно, знал как свои пять пальцев. А главное, его желание пойти с нами было достаточно велико.
Таким образом, ни питерских парней, ни их нового кореша я за уши не тянул, что означало, что при любом раскладе, ответственности за них на мне не было.
Время, как обычно, в таких случаях, тянулось медленно, и, пользуясь моментом, я с каждым днем старался все больше внимания уделять конвою и их потребностям, чтоб добиться полного доверия. На первый взгляд, казалось, что охране вообще все до фени и при желании они могут не напрягаясь дать тебе зеленый свет и даже проводить до вокзала. Однако, мысли о том, что за поимку беглеца (не важно, живого или мертвого) им полагается отпуск, все же преследовали их даже в состоянии сильного алкогольного опьянения, что означало, что на курок он нажмет при любых обстоятельствах. И хотя Господь оберегал меня, как от пули, так и от ножа, все же многое необходимо было учитывать.