Честно скажу, что во все детали я не вникал, т.к. Все их движения по барабану, хотя Саня дважды выезжал на какие-то немыслимые стрелки, чтобы порамсить, после чего только смеялся. Но сама фишка, связанная с наездом на Ирину Михайловну оперком, была спланирована именно в этом, как отвлекающий от себя маневр, но этим самым хренов стратег многого не учел. Так вот в час наезда, как выяснилось позже, а нападали они прямо в подъезде, когда она возвращалась домой, моя благоверная не дрогнула и дала нападавшим отпор. А что самое интересное, она узнала одного из налетчиков (благодаря прошлым сводкам предполагаемых преступников), а что ни говори, память у нее была отменной. Давно не секрет, что при любом налете, налетчики получая отпор, уже не контролируют свои действия, образно говоря, возникает сбой, окрещенный "форс-мажором", поэтому инстинкт самосохранения, а в данном случае страха, заставил их жертву убить, поэтому нож в руках наркомана довел свое дело до конца.
Когда утром женщина, одна из жительниц дома выводила свою собаку гулять, Ирина Михайловна была жива. Сутки в больнице врачи боролись за ее жизнь, и, к сожалению, спасти не могли. И лишь благодаря соседке Людмиле, которая мгновенно примчалась в больницу и не отходила от нее в последние минуты жизни, Ирина Михайловна шепнула ей имя убийцы. А я в свою очередь, уже встречал его в питерских Крестах, прямо в комендатуре, когда он прибыл из КПЗ, откуда, собственно, и узнал все подробности инцидента, а главное, узнал, кто за этим стоит.
Наркоман оказался тертый калач и как я понимаю, опера на следствии не сдал, а проталкивал ментам свою версию. Видимо в КПЗ опер с ним поработал на славу и вовремя прикрыл ему рот, но одного в своих расчетах оперативник не учел, что в тюремной камере закрытый рот легко открывается, потому как все знают волшебное слово: "Сим-сим, откройся!"
После похорон Ирины Михайловны, в Крестах меня навестил ее отец, а поскольку в момент его визита на вытяжку стояли не только крестовские опера, но и сам хозяин, я понял, что человек он очень серьезный.
- Ты знаешь расклад? - спросил меня тесть.
- Знаю! - ответил я.
- Вопросы ко мне есть?
- Вопросов нет!
- Тогда я пойду! - и видимо о чем-то размышляя добавил, - Суда у тебя не будет!
На этом, можно сказать, наше родственное общение было закончено и мы спокойно расстались. Не смог я дать Ирине Михайловне счастья, по моей вине сын остался без матери. Не смог уберечь ее и спасти, но зато я твердо знал, что смогу отомстить и никто мне в этом не сможет помешать. И с этими мыслями все последующее время я, можно сказать, жил, находясь в питерских Крестах.
Ее отец сдержал слово и вскоре меня освободили за отсутствием доказательств моей вины. И как я понял, что Людмила, наша соседка, тоже приложила к этому руку. Из Крестов встречал меня Саня и мы сразу решили уехать из города, чтобы спокойно осмыслить свои дальнейшие действия.
- Давай, я скажу парням, чтоб потихоньку поработали с ним, а у нас будет алиби и все пройдет ровно! - понимая мои мысли предложил Саня, когда мы сидели в кафе на берегу залива.
- Нет! Я должен все сделать сам!
- Тебе нужен ствол или...
- Ствол не нужен! Они убили ее ножом!
- Но зачем тебе самому светиться? - доставал меня Саня.
- Хочу в глаза ублюдку посмотреть!
- Хорошо! Посмотришь, а дальше что? Куда стартанешь? Ведь менты весь город поставят на уши.
- Не поставят! Да и отец ее, я уверен, на катке по Питеру проедет и попадут под этот каток все, кто откроет рот! И по большому счету за эту мразь вряд ли кто-то станет рамсить.
- А что отец ее знает, кто за этим стоит, в смысле за убийством?
- Не знаю, но рано или поздно, по- любому поймет!
- И как ты хочешь закрыть вопрос, т.е. когда? - поправил себя Саня.
- Сегодня! - ответил я, - Слушай расклад, сын пока будет жить у матери, теща приедет за ним в конце лета. Поэтому сам знаешь, все необходимое на тебе. Сам ты с Соней сегодня вечером куда-нибудь стартанете, например, к ее матери! И это не обсуждается. Я возьму с собой твоего Серегу, у него девятка, машина неприметная, да и ждать он будет далеко от дома. Я выйду к нему проходными дворами, потом он отвозит меня в Ивангород и возвращаясь, заезжает к своей матери, в Сланцы, не дергай его неделю. В Ивангороде братва переправит меня через границу и тем самым, Эстония, благо есть там друзья и родственники, временно послужат мне убежищем. Звонить будешь из автомата, после двадцати двух, сейчас купим для этого сим-карту, буду ее ставить. А если кто-то будет меня спрашивать, скажешь, вышел. Плюнул на все и уехал в Туркмению, во всяком случае, скажешь, туда собирался.