За проявленные доблесть и мужество Ф. И. Чернявский был награжден орденом Красного Знамени.
В то время, когда комиссар Чернявский пробивал путь к берегу своему отряду, его командир капитан-лейтенант Евстигнеев был занят не менее важным и трудным делом. На торпедном катере он подходил то к одному, то к другому буксиру с баржей, подтягивал и выравнивал строй, кричал в мегафон капитанам буксиров, старшинам-рулевым на баржах, чтобы точнее ложились на курс, держали в кильватер, торопил их... Дело в том, что подчиненный Евстигнееву отряд транспортов запаздывал и подходил к месту высадки днем, разрозненно, растянувшись по проливу. А мелководный Керченский пролив всегда подстерегает моряков наносами и не обозначенными на карте мелями. А тут еще, после облета немецкого разведчика, и авиация начнет бомбить.
Первым из отряда транспортов подошел к месту высадки буксир «СП-25» с плоскодонной баржей-болиндером. Это была первая головная группа отряда транспортов (командир — капитан-лейтенант И. Е. Алещенко, комиссар — техник-интендант 1 ранга К. И. Цимбал). Благодаря малой осадке — около двух метров — баржа была поставлена на якорь не дальше 50 метров от берега. Началась выгрузка людей и боевой техники при помощи сейнеров. Команда, состоявшая из пяти краснофлотцев Керченской базы во главе со старшиной 2-й статьи В. И. Гацем, принимала и [48] отправляла от болиндера сейнеры. Краснофлотцы помогали красноармейцам-десантникам в посадке и погрузке вооружения. С моря их прикрывала катерная артиллерия, и высадка проходила быстро. Но вот нагрянула вражеская авиация. «Хейнкели» с прямого полета, а «юнкерсы» с пикирования начали нападать на высадочный отряд. Одна из авиабомб попала в буксир «СП-25», который вскоре затонул.
На втором заходе гитлеровцы атаковали баржу: авиабомба пробила верхнюю палубу и днище. Болиндер сел на грунт с небольшим креном на борт. От прямого попадания авиабомбы на барже возник пожар. Краснофлотская команда бросилась к ручным помпам и начала раскатывать пожарные шланги. Огонь еще не успел набрать силу, но вокруг был боезапас: снаряды, патроны, 76-миллиметровые полевые орудия с зарядными ящиками.
К борту аварийного болиндера быстро подошел сейнер с командиром первой высадочной группы транспортов капитан-лейтенантом И. Е. Алещенко, и общими усилиями порядок на барже был восстановлен. Начали спешно сбрасывать в море загоревшиеся ящики. Пожар был ликвидирован, и высадка успешно завершилась.
Вторая баржа с буксиром, составлявшая 2-ю группу десантного отряда транспортов (комиссар — младший политрук Кобяков, он же — за командира), тоже подверглась сильной бомбежке. При этом противник вел интенсивный обстрел с берега. Начался пожар. Среди десантников были большие потери. На берег высадилось всего около 300 человек без артиллерии. В связи с большими потерями личного состава по решению командира отряда транспортов высадку пришлось прекратить. Баржа была отбуксирована в Тамань.
Третьей группе отряда транспортов — буксиру с баржей (командир — младший политрук Малинка, он же и комиссар) — вообще не удалось достичь места высадки. Баржа села на мель в проливе, на полпути к Камыш-Бурунской косе. Оторвавшись от своего буксира, она была снесена южнее. Здесь ее подхватил другой буксир, специально посланный на выручку. Вечером баржа возвратилась в Тамань, по счастью, почти без потерь.
Таким образом, третий бросок десанта выполнил свою задачу не полностью: было высажено около 800 человек вместо 1500 по плану операции.
Бой у Камыш-Бурунской косы постепенно затихал, а с наступлением темноты и вовсе прекратился. К исходу дня [49] связь таманского КП с пунктом высадки на косе прервалась. Надо было подводить предварительные итоги: кто же добился успеха в первый день высадки десанта — мы или противник?
Наши потери в этом бою были значительны. На боевых постах смертью храбрых погибли начальник пункта высадки старший лейтенант Н. Ф. Гасилин, военком младший политрук В. Ф. Степанов, военком 1-й группы отряда транспортов техник-интендант 1 ранга К. И. Цимбал и большая часть моряков швартовой команды камыш-бурунского пункта высадки. Эта команда действовала в течение всего боевого дня 26 декабря, бесперебойно принимала к берегу десантные суда и, не отступив ни на шаг, успешно выполнила поставленную перед ней боевую задачу.
Шторм