К 13 мая обстоятельства сложились так, что А. С. Фролов и я вынуждены были разделить между собою обязанности по дальнейшему руководству базой: Фролов со штабом оставался в Керчи для непосредственного руководства [99] переправой со всеми подчиненными и приданными КВМБ плавсредствами, я же отправлялся в Керченскую крепость, где находились все воинские части базы, недавно переведенные из Керчи в связи с усложнившейся обстановкой и участившимися бомбежками вражеской авиации. На меня возлагались две задачи: эвакуация личного состава базы на таманский берег и уничтожение крепостных складов с авиационным и артиллерийским боезапасом, эвакуировать который, как уже говорилось, не было возможности.
Боезапас, оставшийся еще после первого, ноябрьского отступления наших войск с Керченского полуострова, принадлежал Черноморскому флоту. Он постепенно накапливался на крепостных складах для нужд морской авиации и береговой артиллерии. Его количество исчислялось примерно в три-четыре тысячи тонн. Случилось так, что противник, поспешно отступая под ударами десантников в декабре 1941 года, тоже не успел уничтожить склады. Теперь это предстояло сделать нам.
Решать обе задачи — эвакуацию и подрыв боезапаса — нужно было в комплексе, учитывая складывающуюся обстановку и сообразуясь с общим положением войск Крымского фронта. 8 мая, когда стало известно о прорыве гитлеровцами фронта, части КВМБ, находившиеся в крепости, получили приказание командира базы — немедленно приступить к оборудованию оборонительного участка перед внешним обводом старой крепости.
Побывав 10 мая в крепости, я убедился, что работы по организации боевого участка, упиравшегося флангами в море, в основном завершены: отрыты окопы полного профиля, устроены пулеметные гнезда, прорыты хода сообщения. Каждое подразделение заняло свой участок на рубеже обороны.
Наша 354-я инженерная рота (командир — капитан Н. М. Смирнов, комиссар — старший политрук Е. И. Радечко) в короткий срок создала оборонительный рубеж и заняла окопы на отведенном ей участке переднего края. Поскольку боевой состав гарнизона крепости был малочисленным оборона оказалась довольно «жидкой». На протяжении около трех километров по дуге, огибавшей крепостной вал, не отрывали сплошных окопов. Хотя местность перед крепостью пересеченная, холмистая, удобная для ведения оборонительного боя, пулеметных огневых точек было мало, артиллерия же полностью отсутствовала. Такой была первая линия обороны. Второй линией, да и глубиной обороны [100] являлась сама крепость с ее старыми оборонительными сооружениями середины XIX века.
Когда вечером 13 мая я покидал Керчь, адмирал Фролов пожал мне на прощанье руку и тепло напутствовал: «Поезжай, комиссар, в крепость, действуй по обстановке, а по итогам будем вместе разбираться... — и добавил после короткой паузы: — Если доведется».
Да, если доведется, мысленно согласился я с ним...
Оборона старой крепости
Керченская крепость, находившаяся в пяти километрах к югу от города, начиналась на высоком, обрывистом мысе Ак-Бурун, на южном берегу Керченской бухты. Отсюда она тянулась к югу почти на пять километров вдоль берега и заканчивалась фортом «Тотлебен», названным так в честь строителя крепости. Северная часть крепости простиралась также примерно на пять километров от мыса Ак-Бурун вдоль берега Керченской бухты.
Со стороны суши, на западе, крепость имела высокий земляной вал протяженностью около трех километров, под которым проходил широкий и глубокий ров с отвесными облицованными камнем стенами (глубина рва, учитывая высоту вала, — 4—5 метров). Своими флангами вал упирался в море, придавая таким образом территории крепости вид неправильного треугольника, общей площадью около восьми квадратных километров.
Форт «Тотлебен» располагался на возвышенности в юго-западном секторе крепости. От остальной части крепости он отделялся рвом и высоким валом. Построенный в 1857—1858 годах, как первое крепостное сооружение, форт имел разветвленную систему подземных помещений — минных галерей, складов, казематов, глубоко уходящих в землю, располагавшихся один над другим, ярусами. В форту имелись также и надземные помещения — бывшие казармы и склады. В них-то и находились склады боезапаса, которые мы должны были уничтожить.
Ниже форта и несколько восточнее его находится бухта Павловская, образованная насыпным молом. В этой бухте был причал для подхода плавсредств, обеспечивавших крепость необходимыми перевозками.