— Сто девятнадцатый, — назвал вслух номер дома Сергей. — Зайдем, попытаем счастья.
Они немного постояли, осматриваясь, потом пошли по узкому тротуару под самыми окнами первого этажа, потому что полоска земли, отделявшая дом от мостовой, была слишком узенькой, и вошли в парадное.
Полнотелая, с припухшими веками пожилая женщина, появившаяся в дверях первой же квартиры, куда они постучали, скрипучим голосом сообщила, что в их подъезде вряд ли можно найти свободную комнату, а вот в соседнем, на третьем этаже, недавно выбралась молодая пара, в квартире остались только старики родители — там пустят вас. Женщина вызвалась даже проводить их, но они, поблагодарив, заверили, что найдут и договорятся сами, и хозяйка пожелала им удачи.
— Забавная женщина, — сказал Сергей, когда они вновь очутились на улице... — Что-то есть трагическое в тяготении старости к молодому, юному. Заметили, как она обрадовалась нашему появлению, как заблестели ее глаза?
— Еще бы! Увидеть такого красавца! — ответил в шутку Чайковский и добавил: — Раньше я что-то не замечал в тебе подобной сентиментальности.
— Видимо, старею. Да и... — Сергей вовремя умолк, иначе должен был бы рассказать, — а он этого не любил, — как его иногда угнетает глубочайшая тоска, хотя он и отгоняет ее, не дает укореняться, бередить изболевшуюся душу.
— Да и что же? — нетерпеливо переспросил спутник.
— Так, всякая чертовщина лезет в голову.
— Да, лезет... И настойчиво лезет, — вздохнул Чайковский. — Скажу по совести, Сергей, мне с тобой приятно еще и потому, что напоминаешь давно минувшее, молодость, будто возвращаешь меня в то время, которое никогда уже не возвратится.
— Как тяжко все же быть оторванным от родной земли, — сказал Кравчинский. — Стоит лишь встретить такого, как сам, эмигранта, и сразу же воспоминания, грусть... Идем лучше, у нас впереди много дел.
Увлеченные разговором, они и не заметили, что остановились и уже беседовали несколько минут.
— Идем, идем...
На третьем этаже дверь открыли сразу, как только они позвонили. Высокая, в оспинках, далеко уже не молодая хозяйка впустила их в квартиру, накинула на дверь цепочку, предложила сесть. Выслушав гостей, женщина какое-то мгновение размышляла, потом спросила, обращаясь к Сергею:
— Вы один или с вами жена, дети?
— Жена, — ответил Сергей. — Она приедет потом. Одна, без детей.
— Хорошо, хорошо, — словно обрадовалась женщина. — Тогда вот вам комнатка. Взгляните, пожалуйста. — Она приоткрыла дверь н небольшую, с одним оконцем комнату, где, кроме койки, столика и двух стульев, ничего не было.
«Типичные для постояльца условия, — с горечью подумал Кравчинский. — Ничего похожего на то, что хотя бы напоминало семейный уют».
— Какую же плату назначит леди? — спросил Чайковский.
Женщина улыбнулась.
— Небольшую, девять шиллингов в неделю. Надеюсь, вам подойдет?
Сергей кивнул:
— Согласен.
— Вещей громоздких у вас, видимо, не будет? — уточняла хозяйка.
— Все мое со мной, — ответил Сергей.
— Прекрасно! — с явной радостью проговорила женщина. — Располагайтесь, устраивайтесь поудобнее, а я пошла.
— Вот тебе и плацдарм. — Чайковский осматривал помещение. — Не очень обширный, но, во всяком случае, есть где сосредоточить силы для наступления. А там видно будет.
— Именно так, — подтвердил Сергей, — сосредоточить силы. Надеюсь, вскоре, когда я немного разбогатею и у меня появятся стерлинги, смогу снять что-либо пристойнее...
— «Крайтерион» вас устроит, мистер? — обрадованный первой удачей, спросил Чайковский.
— А что это такое? — насторожился Сергей.
— Один из фешенебельных отелей Лондона, там плата не в шиллингах, а в фунтах.
— К черту! — отмахнулся Сергей Михайлович. — Что-нибудь попроще. Дешевле и удобнее. В гостинице — все равно что под надзором.
— Я в шутку, — проговорил Чайковский. — Ну-с, а сейчас не откладывая, может, зайдем в редакцию? Там ждут, будут рады.
— Прямо сейчас? — удивился Сергей. — С корабля на бал? Нет, сегодня надо отдыхать, а завтра начнем действовать. Кстати, — вспомнил, — у меня письмо, Фанни вдогонку переслала из Женевы в Париж — от Элеоноры, дочери Маркса. Она, оказывается, переводит мою статью об Ирландии. Просит помочь. Как с нею связаться?
— Очень просто. В воскресенье все они собираются у Энгельса, там ее и можно встретить. Сегодня пятница — хочешь я устрою?
— Без приглашения?.. Как с нею связаться?
— Без приглашения?.. Как-то неловко. Я лучше сперва ей напишу.
Потом они побывали в кафе, немного подкрепились и, условившись о завтрашней встрече, попрощались.