— Вопрос политического убежища, — продолжал Энгельс, — для нас с вами один из важнейших. Надо отвести этот удар, эту попытку поссорить нас с правительством. Англия и Франция — единственные страны европейского континента, где мы можем пребывать. Утратить эту возможность... вы сами понимаете, что это означает. Тем более что Франция вовсе не надежна.
В несколько дней статья была готова. Она стоила Степняку немалых усилий, вернее, не само содержание, а тон, которого необходимо было придерживаться в полемике. Сергей Михайлович несколько раз перечеркивал строки, переписывал, придавал статье «пристойный» вид. Если бы это было в другое время, он говорил бы прямо, не подбирая выражений. А сейчас он не волен, над ним тяготеют чужие законы и порядки. Он даже с этой трижды проклятой мадам должен говорить вежливо.
Статья получилась короткой, в рамках этикета. Перед тем как нести статью в редакцию, Степняк показал ее Энгельсу. Фридрих Карлович остался удовлетворенным, обещал тоже выступить по этому поводу, — вероятно в «Социал-демократе».
Стэд, редактор «Пэл‑Мэл газетт», встретил Степняка весьма вежливо.
— А-а, сэр, заходите, прошу, — раскрыл он объятия. — Я вас ждал. Иначе вашего брата не заманишь.
— Благодарю за любезность, — сдержанно ответил Степняк. — Я пришел к вам с просьбой напечатать опровержение, сэр. Выступление вашей газеты клеветническое.
— Зачем же так резко, сэр? Мадам Новикова, как все мы, имеет право свободно выражать свои мысли. Английская демократия, сэр, — развел руками Стэд.
— Я достаточно уважаю вашу страну, ее законы и обычаи. Однако не могу согласиться с утверждениями, которые наносят обиду мне, моим коллегам, наконец, делу, за которое мы терпим лишения. Вы журналист, господин Стэд, это чувство вам должно быть знакомо.
— Да, разумеется... Мы напечатаем вашу статью. «Пэл-Мэл газетт» охотно предоставит вам свои страницы. — Стэд приладил пенсне, пробежал глазами статью. — Однако, сэр, и ваши утверждения не все выдерживают критику. Мы не имеем оснований не верить таким авторитетам, как мадам Новикова. Мадам популярна в Англии...
— Это я знаю, сэр, — прервал его Степняк. — Относительно ее популярности и авторитета у меня свое мнение. Благодарю за внимание.
Сергей Михайлович, не желая выслушивать комплименты по адресу пресловутой мадам, откланялся. В его ушах все еще звучал вкрадчивый голосок Стэда, вызывавший душевный озноб, напоминавший о неискренности и коварстве.
Настроение было препротивное, садиться за работу не хотелось. Вспомнив, что ему надо побывать на Риджентс‑сквер, 45, где ему посоветовали снять квартиру, Кравчинский взял извозчика и покатил туда.
Германия подписала с Россией соглашение о выдаче политэмигрантов. То, что до сих пор происходило негласно, обрело право законности: Бисмарк и Александр III протянули друг другу руки. Отныне стоило русскому самодержцу предъявить кому-либо из эмигрантов обвинение, как немецкий канцлер должен был заковать его в кандалы и отдать на расправу. Теперь дело у тиранов пойдет проще...
Напуганная взрывами, вслед за Россией требует от Северо-Американских Соединенных Штатов выдачи ирландских эмигрантов Англия...
Кольцо смыкается, петля затягивается все туже и туже. Если Лондон, Петербург и Париж договорятся, тогда европейский плацдарм падет. Придется бежать за океан, в Японию, на Полинезию... А оттуда как ни кричи — не докричишься, голос твой потонет в реве океанских валов.
Надо наступать, защищаться.
У Степняка, у других эмигрантов уже есть много друзей, приверженцев среди англичан, особенно в Лондоне. Необходимо использовать эту дружбу, заострить их внимание, бдительность, не допустить, чтобы оговоры взяли верх над справедливостью.
А события следуют одно за другим. В конце января газеты напечатали тексты германо-русского соглашения, и в тот же день Лондон потрясли несколько мощных взрывов. В ответ на соглашение? Провокационно?.. Кто знает. Только на этот раз динамитчики не ограничились улицами и мостами — пробрались в самое сердце столицы, в парламент. Пострадала палата общин. Выбиты окна, двери, сильно поврежден потолок... И конечно же пострадала дорогостоящая мебель, украшения.
Кто это сделал? Ирландцы? Царская агентура?..
Английское правительство давит на Северо-Американские Соединенные Штаты...
Россия убеждает Париж и Лондон...
«Пэл-Мэл газетт» печатает статью Степняка, но с примечанием, сводящим ее значение к нулю. — «Это заявление прямо-таки неправдоподобно, — резюмирует Стэд. — Русские эмигранты отличаются от всех других эмигрантов, которых когда-либо видел мир...»