– Дела побоку! – заявила Венди. – Сначала я запрусь с тобой в спальне и опять почувствую себя замужней женщиной! Когда ты израсходуешь всю силу, расскажешь о своей поездке. Все прочие, включая князя, подождут!
Глава 20
– Скоро приедем? – спросила Венди у Семёна, который был у них проводником. – Горы-то уже большие!
– Завтра к полудню, – ответил он. – В горах всё дальше, чем кажется, и нет прямых дорог. Госпожа, осади лошадь и не сходи с тропы! Здесь легко сорваться, а меня тогда боярин точно убьёт.
Через месяц после возвращения от пшеков князь вызвал Глеба и сказал, что жалует его боярством. На их жизни это повышение пока никак не сказалось. Прошло ещё два месяца, и новоиспечённый боярин возглавил посланных в горы рабочих. Эльф отлаживал в слободе паровую машину и работавшие от неё кузнечные молоты и кипятил нефть, поэтому никуда не поехал. На этот раз Венди упёрлась и потребовала выполнения данного ей обещания. Глеб не видел для неё опасности, поэтому не стал возражать. На время путешествия жена передала своих учеников Клэр. Пятьсот вёрст до гор одолели за восемь дней. Было уже начало лета, поэтому ехали в лёгкой одежде, взяв с собой только одеяла для ночлега. Хоть это была территория союзного Рутенского княжества, боярина с женой и двадцатью работниками сопровождали десять княжеских дружинников. Ехали верхом, ведя в поводу вьючных лошадей. В горы они везли нужные припасы, а обратно должны были везти добытую соль.
– Венди! – окликнул жену Глеб. – Слушай Семёна, а то свалишься с тропы. Здесь очень крутой обрыв, а из-за травы ничего не видно.
Действительно, очень узкая тропа была проложена по крутым склонам холмов, которые вскоре должны были перейти в невысокие, но уже настоящие горы. Приходилось сначала карабкаться вверх, а потом спускаться, иной раз пешком, ведя лошадей под уздцы. У подножья холмов часто встречали ручьи, возле которых делали привалы. Сплошного леса не было, но деревьев, с которых обламывали сучья для костров, хватало.
– Спустимся и, если найдём воду, остановимся для обеда, – сказал проводнику Глеб.
– Лошади сильно устали, боярин, – отозвался Семён. – Может, останемся для ночлега?Завтра до вечера будем на месте.
Глеб согласился, и, когда у подножья холма увидели небольшую речку, возле неё стали лагерем и расседлали коней. Обязанности были давно распределены: пока одни занимались лошадьми, другие ставили шатры, а третьи занялись обедом. Дружинники не участвовали в общей работе. Они распрягли и стреножили своих лошадей и разожгли себе костры отдельно от рабочих. Кони паслись тут же, два отрока кашеварили, а остальные дружинники осмотрели место ночёвки и легли отдыхать. В летних походах они обходились без шатров. Шатёр рабочие поставили Глебу, и он сразу же ушёл в него с женой отдыхать.
– Не жалеешь, что настояла на своём? – спросил он прилёгшую на одеяло Венди. – Я же вижу, как ты устаёшь.
– Зато всё время с тобой, – улыбнулась она, – а дома сейчас места себе не находила бы от беспокойства. Вот только скучаю по своим ученикам. Слушай, давай я буду учить тебя?
– Ну уж нет, – отказался он. – У маозов женщины не учат мужчин. Я не отказываюсь от учёбы, но дома и так, чтобы никто не знал. Единственное, что я хотел бы сейчас узнать, для чего эта соль в порохе. Можешь объяснить, или нужно пытать Джона?
– В школе нам ничего не объясняли про порох, но я у него спрашивала, – ответила Венди. – Ты знаешь, что такое взрыв? Это то же горение, только очень быстрое. Воздух, которым мы дышим, состоит из разных частей, называемых газами. Для любого горения нужен только один из них – кислород. Ветка в костре горит только в тех местах, где к ней с воздухом подходит кислород, поэтому она сгорает медленно, сначала снаружи, а потом уже сердцевина. Но если бы можно было подвести кислород к каждой частичке дерева, ветка взорвалась бы не хуже пороха! А соль, за которой нас послали, при нагревании выделяет кислород, давая его каждой крупинке пороховой смеси.
– А если ветку растереть в пыль, развеять по ветру, а потом поджечь? – спросил Глеб. – Это облако взорвётся, как порох? Ведь возле каждой частички должен быть твой кислород.
– Не знаю, – растерялась девушка. – Об этом тебе лучше поговорить с Джоном.
Вскоре был готов обед, который им принесли в шатёр. Остальные поели у костров и тоже отправились отдыхать. Охраняли лагерь три дружинника, которых должны были сменить к ночи. Венди сильно уставала, особенно когда углубились в холмы, поэтому по вечерам у них ничего не было, и любили друг друга только по утрам. Последний день был самым трудным. Горы, в которых находились нужные пещеры, были не очень высокими, но многие маозы вообще не видели гор и с восхищением и страхом рассматривали вздымающиеся вершины. Подъёмы и спуски были очень крутыми, поэтому их преодолевали пешком, да ещё вели за собой лошадей, и к концу пути сильно устали.