Я достал из папки выписки из работ Ленина.
— Вот еще цитата: «Строить социализм нужно не из фантазии и не из материала, созданного нами, а из того, что создал капитализм». Владимир Ильич всегда призывал к гибкости, к использованию всех инструментов для построения нового общества.
Покровский пытался возразить, но я продолжил:
— Главный критерий истины — практика. Операция «Дацин» продемонстрировала преимущества сочетания централизованного руководства с инициативой исполнителей. Мы создали технику, превосходящую лучшие мировые образцы, в рекордные сроки. Не этого ли мы хотим для всей нашей промышленности?
Наступила пауза, которую нарушил Киров:
— Я склонен согласиться с товарищем Красновым. Мы все видим проблемы первой пятилетки — невыполнение планов по качеству, брак, низкая производительность. Возможно, настало время скорректировать механизмы, не меняя стратегических целей.
Орджоникидзе поддержал его:
— Моим наркоматам поставлены задачи, которые трудно выполнить при нынешней системе управления. Хозрасчет и материальное стимулирование могли бы решить многие проблемы.
Молотов резко возразил:
— Товарищи, неужели вы готовы отказаться от классовых принципов ради сомнительных экономических теорий? НЭП был временной мерой, вынужденным отступлением. Сейчас мы должны наступать, а не откатываться назад.
Дискуссия приобрела острый характер. Каганович и Молотов выступали против любых уступок «рыночной стихии». Киров и Орджоникидзе отстаивали необходимость экономических стимулов. Куйбышев занимал промежуточную позицию, признавая проблемы, но опасаясь радикальных изменений.
Все это время Сталин молчал, внимательно слушая аргументы сторон и попыхивая трубкой. Наконец, когда накал споров достиг апогея, он медленно поднялся.
— Товарищи, — его негромкий голос мгновенно заставил всех замолчать, — у нас есть задача — построить сильную индустриальную державу в кратчайшие сроки. Опыт первых лет пятилетки показывает, что не все идет гладко. Предложения товарища Краснова заслуживают внимательного изучения.
Это было неожиданно. Я заметил удивление в глазах Молотова и Кагановича.
— Предлагаю компромиссное решение, — продолжил Сталин. — Создать опытные хозрасчетные предприятия, реализующие концепцию Краснова, в нескольких ключевых отраслях. Через шесть месяцев сравнить результаты с обычными предприятиями и принять окончательное решение
Покровский попытался возразить, но Сталин остановил его жестом.
— Наука хороша, товарищ Покровский, когда она помогает строить социализм, а не мешает. Практика критерий истины, как верно заметил товарищ Краснов.
Затем, обращаясь ко мне:
— Вы, товарищ Краснов, возглавите эксперимент. Подберите несколько предприятий в разных отраслях, разработайте детальную программу и представьте на утверждение. Нам нужны результаты, а не теории.
— Есть, товарищ Сталин, — ответил я, чувствуя, что первый шаг сделан. — Разрешите привлечь экономистов Вознесенского и Величковского для научного обоснования?
— Привлекайте кого считаете нужным, — согласился Сталин. — Но помните, ответственность лежит на вас лично. Еще раз подчеркну, нас интересуют практические результаты, прежде всего в оборонной промышленности.
— Я предлагаю включить в эксперимент Путиловский завод, — неожиданно сказал Киров. — В Ленинграде мы подготовили почву для таких изменений. Тем более, что товарищ Краснов знаком с деятельностью завода.
— Разумное предложение, — кивнул Сталин. — Товарищ Орджоникидзе, какие предприятия вашего наркомата могут участвовать?
— Коломенский машиностроительный и Дзержинский металлургический, — без паузы ответил Серго. — Там хорошие директора, понимающие суть экономических механизмов. Они и так знают Краснова.
Сталин удовлетворенно кивнул:
— Хорошо. Товарищ Куйбышев, поручаю Госплану обеспечить особый режим планирования для экспериментальных предприятий. Товарищ Краснов, жду от вас подробный план реализации через три дня.
На этом совещание завершилось. Выходя из зала, я перехватил благодарный взгляд Кирова и легкий одобрительный кивок Орджоникидзе. Молотов и Каганович демонстративно не смотрели в мою сторону.
У выхода из Кремля меня нагнал молодой помощник Сталина:
— Товарищ Сталин просит вас зайти к нему перед отъездом.
Я последовал за ним через лабиринт кремлевских коридоров в небольшой рабочий кабинет вождя. Сталин стоял у окна, глядя на вечернюю Москву.