— А я за детскими книжками. Корней Иванович новые стихи написал. Сыну очень нравится.
Это зрелище тронуло меня больше любых экономических отчетов. Когда люди имеют возможность покупать книги, а не только хлеб, значит, общество действительно развивается.
Впрочем, не все шло радужно. На следующий день Вознесенский рассказал мне про минусы нашей системы.
Он перебрал несколько папок, затем извлек документ с пометкой «Для служебного пользования»:
— Товарищ Краснов, есть и проблемные моменты, которые необходимо учитывать. Поступили сигналы о злоупотреблениях на некоторых предприятиях.
Я нахмурился, приготовившись к неприятным новостям:
— Говорите конкретно, Николай Алексеевич.
— На заводе имени Войкова в Туле руководство завышало отчеты о перевыполнении плана, чтобы получить дополнительные премии. Вскрылось при плановой проверке. Директор снят с должности, дело передано в прокуратуру.
Вознесенский перевернул страницу:
— Еще один случай в колхозе «Новый быт» в Воронежской области председатель необоснованно занижал трудодни некоторых колхозников, увеличивая собственную долю. Колхозники жаловались, была проведена ревизия.
— А что с областными руководителями? — поинтересовался я.
— В некоторых областях пытаются саботировать внедрение ССЭС или формально выполнять указания. Особенно в Архангельской и Вологодской областях. Там старые хозяйственники не желают менять привычные методы работы.
Я задумчиво постучал карандашом по столу. Понятно, что подобные проблемы неизбежны при любых масштабных реформах. Важно не допустить, чтобы они подорвали доверие к новой системе.
— Предложения?
— Усилить контроль со стороны партийных и советских органов. Создать систему независимых проверок результатов. И, возможно, ввести уголовную ответственность за намеренное искажение отчетности.
— Готовьте соответствующие предложения. Но помните главный принцип: наказывать виновных, не дискредитируя саму систему.
В дверь постучали. Секретарша доложила, что к зданию Совнаркома прибыла делегация английских журналистов и экономистов.
— Товарищ Краснов, — добавила Анна Фоминична, — переводчики из наркомата иностранных дел уже ждут в приемной.
Я посмотрел на часы. До встречи с иностранной делегацией оставалось двадцать минут.
— Николай Алексеевич, возьмите с собой самые впечатляющие диаграммы по экономическому росту. Эти люди приехали изучать наше «экономическое чудо», как они выражаются. Покажем им истинные масштабы достижений.
Через четверть часа в мой кабинет вошли пять человек. Возглавлял делегацию лорд Клементсон, крупный британский экономист с характерными аристократическими чертами лица и тщательно подстриженными седыми усами. Рядом с ним стоял господин Макмиллан, корреспондент «Таймс», молодой человек с живыми глазами и постоянно готовым карандашом для записей.
— Мистер Краснов, — начал лорд Клементсон через переводчика, — мы чрезвычайно заинтересованы в изучении ваших экономических реформ. Западная пресса пишет о «советском чуде», но нам хотелось бы увидеть все собственными глазами.
Я ответил, стараясь говорить медленно и четко:
— Добро пожаловать, господа! Мы охотно поделимся опытом внедрения Социалистической Системы Экономического Стимулирования.
Вознесенский разложил на столе подготовленные диаграммы. Красочные графики наглядно демонстрировали экономический рост.
— Позвольте представить основные показатели, — начал я. — За полтора года промышленное производство выросло на семьдесят процентов. Производительность труда увеличилась в среднем на пятьдесят пять процентов. Себестоимость продукции снизилась на треть.
Лорд Клементсон внимательно изучал диаграммы, время от времени задавая вопросы переводчику. Макмиллан интенсивно записывал в блокнот.
— Мистер Краснов, — сказал британский экономист, — эти цифры впечатляют. Но как вам удалось добиться роста производительности без увеличения капиталовложений?
— Секрет в мотивации людей, лорд Клементсон. Мы создали систему, при которой каждый рабочий и инженер заинтересован в результатах своего труда. Лучшая работа означает лучшую оплату, дополнительные премии, улучшение жилищных условий.
Корреспондент «Таймс» поднял глаза от блокнота:
— Но разве это не противоречит принципам социализма? Ведь вы вводите элементы материального неравенства.
— Ничего подобного, — ответил я. — Социализм не означает уравниловки. Он означает справедливое вознаграждение за труд.