Я кивнул каждому, усаживаясь в предложенное кресло.
— Товарищи, — начал я без предисловий, — ситуация с нашим экономическим экспериментом достигла критической точки. Против промышленного НЭПа развернута полномасштабная идеологическая кампания, подкрепленная актами саботажа на экспериментальных предприятиях.
— Мы следим за этой ситуацией, товарищ Краснов, — кивнул Гринберг. — «Правда» публикует по три-четыре критических материала в неделю. Обвинения в «правом уклоне» и «возрождении капитализма» стали уже привычными.
— Что особенно печально, — добавила Звягинцева, — эти обвинения совершенно игнорируют реальные экономические результаты вашего эксперимента. Мы изучали последние отчеты Путиловского завода и Нижнетагильского комбината. Цифры впечатляют.
— Федор Семенович говорил, у вас имеется предложение по информационной поддержке эксперимента, — промолвил Левитан. — Мы готовы выслушать вас внимательно.
Я раскрыл портфель и достал несколько папок с материалами.
— Предлагаю стратегию контрпропаганды, основанную на точных фактах и экономическом анализе, — начал я, разворачивая на столе схематический план. — Серия публикаций в три этапа. На первом этапе точная статистика по экспериментальным предприятиям, без политических выводов. Просто цифры, сравнительные таблицы, диаграммы. Пусть факты говорят сами за себя.
— Подход разумный, — кивнул Соколов. — Это позволит нам избежать прямого столкновения с идеологической линией «Правды», но при этом донести до читателя объективную информацию.
— Второй этап, — продолжил я, — аналитические статьи, показывающие системный характер успехов промышленного НЭПа. Здесь потребуются авторитетные авторы, желательно из академической среды или руководители успешных предприятий.
— У нас есть связи в Промышленной академии, — заметил Гринберг. — Профессор Меньшиков давно интересуется вашим экспериментом. Он мог бы подготовить серьезный аналитический материал.
— Отлично, — кивнул я. — И третий этап — это выход на более широкие экономические обобщения, связь промышленного НЭПа с укреплением обороноспособности страны, повышением жизненного уровня рабочих. Но без явных политических оценок.
— Мы хорошо понимаем все риски, товарищ Краснов, — сказала Звягинцева, просматривая принесенные мной материалы. — Каганович очень влиятелен. Наша газета находится в ведении ВСНХ, где у Орджоникидзе сильные позиции, но прямое противостояние с линией «Правды» может дорого обойтись.
— Именно поэтому я предлагаю строить все материалы на неопровержимых фактах, — подчеркнул я. — Никакой политической риторики, только экономические данные и их профессиональный анализ.
Соколов задумчиво постукивал карандашом по столу.
— Когда вы планируете начать публикации?
— Чем скорее, тем лучше, — ответил я. — В идеале первые материалы должны выйти через три-четыре дня. У нас мало времени.
— Реально ли подготовить качественные материалы в такой срок? — усомнился Левитан.
— Да, — я раскрыл еще одну папку. — У нас уже подготовлены базовые статистические данные по всем тридцати семи экспериментальным предприятиям. Наш экономический отдел под руководством товарища Вознесенского работает день и ночь. Нужно только адаптировать эти материалы для газетного формата.
Следующий час мы детально обсуждали структуру будущих публикаций. Звягинцева, как опытный аналитик, предложила блестящий ход, сопоставить динамику экономических показателей до и после внедрения промышленного НЭПа по каждому предприятию в отдельности. Это давало наглядное представление о реальном эффекте эксперимента.
Гринберг дополнил план специальным разделом о технических инновациях, которые стало возможно внедрить благодаря новой системе материального стимулирования.
— Что именно мы опубликуем в первом материале? — спросил Соколов, когда общая структура серии была согласована.
— Предлагаю начать с Путиловского завода, — ответил я. — Во-первых, это крупнейшее предприятие с давними традициями, известное каждому. Во-вторых, мы располагаем исчерпывающими данными по нему за длительный период, что позволяет показать динамику. И в-третьих, результаты там наиболее впечатляющие — рост производительности на сорок четыре процента за квартал, снижение брака на двадцать шесть процентов.
— Логично, — согласился Соколов. — А во второй публикации?