собственные рассуждения. Он словно оказался на другой планете без своей второй половинки. Это чувство всегда приносило ему огромное умиротворение. Единственное преимущество посещения Синчи. Но изоляция могла быть и довольно удручающим испытанием для обычного инка. Известно, что некоторые сходили с ума от тишины.
«Садитесь», – приказал Синчи из-за своего большого стола. Он был старше, чем сама аллювиальная почва, и ходили слухи, что он держится на этой работе лишь для того, чтобы его вторая половинка не донимала его своими непрестанными, не такими уж и подсознательными, придирками. Этот кабинет был огромным плюсом. Свобода мысли, не покидая Инку. Они коммерциализировали такие комнаты по всей планете, взимая с граждан плату за несколько часов покоя без секундантов. Но эти комнаты не были лишены противоречий. Как только учёные открывали новые удобства, политики, под влиянием своих вторых половинок, находили способ законодательно заставить их нарушить конституционные нормы. Это было уродливое равновесие, которого Рагнар всеми силами старался избежать. У него и так было достаточно конфликтов в жизни, когда он гонялся за каваями, выбившимися из привычной нормальности.
Он сидел на холодном камне обмана и терпеливо ждал, пока Синчи сформулирует свои слова. Рагнар бывал на светских мероприятиях вместе со своей второй половинкой и знал, что из них двоих она была более красноречивой – часто вкладывала слова в его уста. Но здесь он не мог этого сделать. Нет, здесь ему приходилось думать самостоятельно. Тем не менее, у него была власть, предоставленная должностью Синчи. И это было гораздо важнее, чем просто изящество языка.
«У нас проблема с Кваваем», — сказал Синчи, словно каждое слово давалось ему с трудом. Он был стар и немощен, но Рагнар знал, что у Синчи лучшая память на Инке. Когда ему удавалось подобрать слова, они всегда были точными и правильными. А память на Инке ценилась превыше всего.
Рагнар догадывался об этом, иначе его бы вообще не вызвали. «Что это за ситуация?»
«Бродяга».
Он кивнул. Кваваи должны были просто наблюдать за представителями других обществ, а не взаимодействовать с ними настолько, чтобы это могло помешать. Никогда не было необходимости
Привлечь к себе внимание. «Какое-то вмешательство?»
Синчи нахмурился и взмахнул рукой над лампами на столе. Через несколько секунд Рагнар почувствовал лёгкий шок, а затем в его сознании всплыло всё дело против Кхавай. Информация будет спрятана в тайниках, где никто другой её не найдёт. Он быстро понял, почему они позвали Рагнара разобраться с этим делом.
Много лет назад он был кваваем в Портленде, штат Орегон, страна Соединённых Штатов, и планета Земля. Он знал этот город. Или знал. Он рассчитал разницу во времени Земли с того времени, как он был там кваваем, до настоящего момента. Тридцать земных лет? Почти.
«Сэр», сказал Рагнар, «за столько времени многое может измениться».
«Место не имеет значения», — сказал Синчи и склонил свою большую, отвислую голову вправо. «Не так уж и важно».
Рагнар был в замешательстве. «Так же важно, как что?»
«Ты лучший Масхай».
Это была высокая похвала от синчи, который, как понял Рагнар, едва ли признавал существование высших сил, за исключением Инти, Бога Солнца.
«Сэр, я только что вернулся с очередного задания и короткого отпуска».
Синчи, похоже, не был впечатлён тем, что Рагнар довёл до его сведения эту общеизвестную информацию. «Я знаю это», — сказал синчи. «Я понимаю, какое бремя лежит на твоей второй половинке. Уверяю тебя, она выживет».
Едва-едва. К тому времени, как он вернулся с этой последней миссии, ей требовались дни внимания, чтобы хотя бы сформулировать связную мысль. Эта связь была бесконечной.
«Транспорт?» — спросил Рагнар.
Синчи злобно посмотрел на него. «Сегодня вечером».
Отлично. Его второй половинке это не понравится. Зная, что ему нужно срочно вернуться домой и уладить кое-какие дела, Рагнар встал и подождал, пока Синчи, как обычно, кивнет в сторону входа. Когда Синчи отпустил его, Рагнар поспешил выйти через приёмную, пытаясь прочистить голову и понимая, что у него всё плохо. Его вторая половинка, должно быть, поняла, что он слишком долго смотрел на секретаршу.
Очисти разум, Рагнар.
Он добрался до дома и смотрел на горы через главное окно. Его вторая половинка вышла из задней комнаты, одетая лишь в прозрачное платье. Она знала. Как бы он ни старался, ему ничего не удавалось от неё скрыть. Но она никогда не узнает подробности дела, и это было для него огромным облегчением. Эти мысли глубоко засели в нём, и его вторая половинка не могла их вытащить.