– Но если бы его не арестовали, она была бы жива, хоть и побитая.
– Папа думает, что это мало вероятно, если дают приказ кого-то убить, то мало вероятно, что кто-то после этого выживет.
– Но я ведь выжила.
– Значит, просто хотели напугать или предупредить, чтобы не лезла куда-то.
– А твой отец не говорил тебе, он при побеге ни кого не убил?
– Нет, только оттолкнул одного парня с дороги и побежал дальше.
– Хорошо же он оттолкнул, тот парень потом умер в больнице. Лешка по милости твоего отца налетел головой на угол и проломил себе череп.
– Папа не хотел…
– Мы тебя и не обвиняем. Иди чайник ставь сластена. Лили подбери этому молодому человеку нормальную туалетную воду.
– Не издевайтесь надомной так. Вы за последнее время слышали, чтобы от Никиты чем-то пахло?
– Нет.
– И не скоро услышите, меня от всех этих запахов выворачивает.
– А от этого запашка не выворачивает.
– На удивление нет.
– Ну я так пахнуть не собираюсь, - сразу заявил мне Никита.
– И не надо.
– А чем-же мне свой запах перебить?! – жалобно спросил Сарим.
– А может и не надо, - сказала я. – Оборотни тебя и так узнают, а остальные не знаю.
– Охотники тоже на раз отличат, хотя бы потому что в лесу нет волков, - сказал Никита – А маги? – спросил он у меня.
– Ну не знаю. Я первый раз его за волка приняла. Я же не знала что волков в лесу нет, можно у Лизки спросить узнает она его или нет.
– Узнает, - пристыжено сказал парень – она меня конфетами кормит.
– Интересно ее муж не ревнует?
– А чего ему ревновать, я ж к ней не пристаю. И тем более она намного старше меня.
– Не оправдывайся, - мягко сказал ему Сергей Игоревич.
Чайник быстро закипел, мы стали пить чай. В двери аккуратно постучались.
– Входи. Сарим сделай чай и поделись конфетами.
Парень посмотрел на мужчину и положил ему одну конфету.
– Не жадничай, давай еще одну.
Парень вздохнул и отдал еще одну конфету.
– Ребята это Федор. Федор — это Никита и Лили, Лили наш художник. Нарисуешь несколько портретов. Ей лучше даже не рассказывай, просто вспомни тех парней, а Лили нарисует.
Он мельком вспомнил четырех парней и быстро прогнал воспоминания. Я почувствовала, что ему тяжело это вспоминать, что это причиняет ему боль.
– Этого достаточно, - сказала я.
Он удивленно посмотрел на меня. Я взяла альбом, карандаш стала рисовать. Когда нарисовала, посмотрела на портреты этих парней внимательно. Поняла, что одного из них уже
видела, в больнице, это он сделал мне укол. Я показала рисунки Федору, он только кивнул. А я сказала Никите.
– Этот приходил ко мне в больницу в виде врача.
Федор удивленно посмотрел и сказал:
– И ты выжила?! Может тебя не хотели убивать…
– Если бы не врач умерла, - спокойно сказала я.
– Странно что они не повторили нападение, они обычно не оставляют таких косяков.
Никита и Сергей Игоревич напряглись.
– Может просто посчитали, что этого будет достаточно, как предупреждение, - сказал
Сарим – Можно я пойду, тут становиться шумно.
Я внимательно посмотрела на него и сказала ему мысленно.
«Лучше здесь тренируйся, на улице будет сложней.»
– Я буду в коридоре, - сказал он и вышмыгнул за дверь.
В коридоре он увидел Славика. Превратился в волка и подбежал к нему.
– Имей совесть, Лизка тебе все конфеты отдала.
– Я ими поделился.
– У меня больше нет.
– Можешь поиграть со мной в футбол.
– Нет, попросись к ребятам на улице, они как раз собираются играть.
Славик наклонился и погладил его по голове. Вол потерся об его ногу и лизнул в ладонь побежал на улицу. На выходе превратился в парня и по ступенькам уже сошел нормально.
Подбежал к футбольному полю и спросил у ребят: