«Интересно, он пережевал из-за меня? Наверное да, еще друзья и брат. Нужно сообщить, что со мной все в порядке. Только приведу себя в порядок, сначала» - размышляла я.
Я приняла душ, тщательно смывая с себя все воспоминания и ощущения. Уже вытираясь в комнату, постучались и не дожидаясь ответа вошел Сашка, он заглянул в ванную комнату.
– Сашка выйди, пожалуйста, - попросила я.
Он вышел за дверь и спросил:
– Ты где была всю ночь?! Тебя все искали, уже даже хотели с собаками искать.
– Можно я сначала оденусь, а потом мы поговорим, - спокойно сказала я брату.
Я замоталась в полотенце и вышла в комнату. Братишка тактично отвернулся, пока я одевалась. Потом мы сели на кровать, и я рассказала то ему как меня похитили и для чего.
– Все это время я была в таком странно заторможенном состоянии. Словно под сильнейшим успокоительным. Я почти все видела, понимала, ощущала. Но не могла пошевелиться. Не хочу думать и вспоминать об этом. Не хочу скатиться в истерику и депресию.
Брат аккуратно дотронулся до меня, а потом просто обнял, сильно прижав к себя.
– Не задуши.
– Что ты будешь делать? Нужно сообщить Никите, что ты уже дома.
– Ты можешь это сделать?
– Хорошо, только я не смогу ему сказала.
Я только кивнула. Сашка телепатически связался с Никитой и сказал, что со мной уже все в порядке и я дома.
– Он будет через несколько минут. Отменит твои поиски.
Я легла на кровать и укрылась покрывалом, закрыла глаза. И практически мгновенно уснула. Никита появился через несколько минут после того, как я заснула. Брат сидел рядом со мной на кровати и не собирался уходить.
– Как она? – сразу же спросил Никита.
– Не знаю, она старается выглядеть бодрой.
– Она сказала, что произошло?
– Да, - Никита посмотрел на него и ждал продолжения – я не могу, это сказать, - сказал Сашка и выбежал из комнаты.
Никита сел рядом со мной на кровати и ласково провел рукой по щеке.
– Привет, - сказал он мне, когда я открыла глаза, - ты как?
– Сначала было нормально, а теперь плохо. Это, наверное, из-за той гадости что я вдохнула тогда.
– Я отнесу тебя к лекарю, - сказал Никита и взял меня на руки, - ты мне расскажешь, что произошло.
– Да, только чуть позже, когда мне станет, хотя бы немного лучше. Хотя ты можешь и сам посмотреть последние события, но тебе это не понравиться.
Я закрыла глаза и снова провалилась в спасительную темноту. Когда очнулась, то услышала знакомый голос лекаря, который говорил с Никитой.
– Я провел очистку крови, ей уже стало лучше, и она должна скоро очнуться. Ее накачали сильным снотворным. Не знаю, каким образом ей вообще удалось очнуться, а не умереть от передозировки. Видимо, ее организм не настолько восприимчив к этой гадости, но это и к лучшему. Сейчас ей и ребенку ничего не угрожает. О, вы уже проснулись? Как вы себя чувствуете мамочка? – шутя спросил лекарь.
– Нормально.
– Тогда можете забирать ее домой.
– Ты не против, если я посмотрю, что произошло? – спросил Никита.
– Хорошо.
По окончанию Никита был красный и злой, но быстро взял в себя в руки и успокоился.
– Убью гадов.
– Я не против, пошли домой. Я хочу кушать, - сказала я тихо, сама старалась о случившемся не думать.
Никита помог мне встать и одеться, после чего мы телепортировались домой.
– Никита, у меня к тебе просьба, - сказала я дома. – Я хочу, чтобы мы жили, так как будто бы этого не произошло и мне не приходилось лишний раз вспоминать об этом, без крайней на это необходимости. Я просто не хочу впадать из-за этого в депрессию и тому подобное.
– Хорошо. Но заявление на этих гадов ты все равно напишешь.
– Под диктовку? – спросила со слабой улыбкой.
– Почти.
На следующий день после пар я сидела в кабинете Никиты и Сергея Игоревича. Сергей Игоревич внимательно читал заявление, которое мне помог написать Никита.
– Грамотно написали, - сказал он.